Горец-дикарь

– Из-за твоей матери я не стала госпожой Данлохана, какой должна была быть по праву. – Фреда перевела дыхание, как будто стараясь успокоиться, и продолжила: – Я дала старому дураку еще один шанс на жизнь. Он мог бы жениться на мне после того, как закончился траур, но он не сделал этого. Он едва смотрел в мою сторону, был холоден и резок всякий раз, когда я пыталась обратиться к нему.

– Значит, ты и его тоже убила.

– Да. – Она нахмурилась. – Но он умирал гораздо дольше, чем я рассчитывала.

– Как неосмотрительно с его стороны.

Фреда с отвращением посмотрела на нее, а потом взяла Агнес под руку и пошла к столу. Она приказала принести еды и вина для себя, Агнес и Ранальда, который должен был скоро прийти. Услышав это, Кэтрин едва не закричала. Фреда убила всю ее семью, и после того, как она призналась в этом ужасном, леденящем кровь преступлении, со спокойной совестью принялась ужинать. Такое поведение напугало Кэтрин и в то же время привело в ярость.

– Вот, девочка, я принесла тебе немного бульона и воды."

"Кэтрин посмотрела вверх, на доброе лицо Хильды, и внезапно ей захотелось заплакать. У нее было такое чувство, как будто она вновь пережила смерть своих родителей. Конечно, причина этого была в том, что она узнала, отчего они на самом деле умерли. Теперь ей стало ясно, что отец и мать могли все еще быть рядом с ней. Кэтрин узнала, что они погибли не от болезни или обычного осложнения при родах – то есть от причин, с которыми нельзя было бороться, – а от рук пылающей злобой женщины. Если бы кто-нибудь об этом догадался, если бы она сама обратила внимание на то, что делает Фреда, то потери родителей можно было бы избежать.

– Что ты делаешь? – резким тоном спросила Фреда, однако не шевельнула и пальцем, чтобы остановить Хильду.

– Я решила, что раз вы приказали подать еду и питье, то я должна также накормить и ее.

– Ладно, делай что хочешь. Теперь это не имеет никакого значения.

Кэтрин увидела, как Хильда облегченно перевела дух, а потом шепнула ей:

– Она убила моих родителей.

– Да, девочка, я слышала. – Хильда помогла ей выпить немного сидра. – Но она поплатится за свои преступления.

– Ты уверена? Фреда совершила их уже давно, однако так и не понесла наказания.

– Твоя мать была слишком мягкой, чтобы почувствовать опасность или заподозрить другого человека в злом умысле. А твой отец был слишком высокомерен, чтобы всерьез думать, будто женщина может представлять для него угрозу. В тебе же нет ни того, ни другого. – Она аккуратно отправила ложку ароматного бульона Кэтрин в рот. – Зато ты обладаешь силой воли, которой вовсе не было в характере твоей матери, и умом, который твой отец частенько терял. А еще у тебя есть сэр Мюррей и много других отличных воинов.

– У папы тоже были хорошие воины.