Извращенная гордость

Я прижала ладонь к груди, давая ему понять, что он в моем сердце. Он повторил этот жест, затем его глаза ожесточились, когда остановились на моем предплечье.

— Насколько все плохо?

— Неплохо, — сказала я.

Я видела, что он мне не верит. Он думал, что я пытаюсь защитить его. Я все время чувствовала на себе взгляд Римо, но старалась не обращать на него внимания.

— Как поживают мама с папой?

Выражение лица Сэмюэля было настороженным. Он не мог рассказать мне всего, когда рядом был Римо.

— Они беспокоятся о тебе.

— Как дела у Софии? — прошептала я, борясь со слезами.

Сэмюэль перевел взгляд на Римо, и я тоже напряглась. Мне не следовало упоминать мою сестру при нем.

Римо нетерпеливо фыркнул.

— Я не похищаю детей, не волнуйся.

— Ты похищаешь только невинных девушек, — прорычал Сэмюэль.

Римо прижался ко мне сзади, и выражение лица Сэмюэля сменилось с ярости на страх.

— Кто сказал, что она все еще невиновна?

Сэмюэль вздрогнул. Римо предостерегающе сжал мое бедро, но мне было все равно.

— Все не так, как кажется. — яростно возразила я.

Глаза Сэмюэля нашли мои, и на его лице промелькнуло облегчение.

Римо схватил меня за подбородок, повернул голову и крепко поцеловал. Я застыла в шоке, не в силах поверить, что он делает это на глазах у моего брата. Он резко отпустил меня.

— Насколько невинной она станет, зависит от вашего сотрудничества. Скажи это своему дяде, Сэмюэль.

Я вывернулась из рук Римо и посмотрела на Сэмюэля, мои щеки вспыхнули от смущения.

— Возьми меня вместо нее. Я обменяю себя на нее.

— Нет! — закричала я в отчаянии, но Сэмюэль не смотрел на меня. Я повернулась к Римо, широко раскрыв глаза. Жестокая улыбка играла на его лице. Я поймала его взгляд. — Нет, — твердо сказала я.

Его глаза задержались на моих губах, затем опустились ниже, прежде чем снова встретились с моими, и облегчение пронзило меня. Римо не променял бы меня на моего близнеца. Он не отпустит меня. Не раньше, чем он получит то, чего хочет. Я не была уверена, что это было, но у меня было ужасное чувство, что это не то, что мой дядя мог дать ему.

— Боюсь, Серафина стоит слишком дорого. Пора прощаться.

Я повернулась к своему близнецу.

— Я люблю тебя, Сэм, — прошептала я. Слова, которые я никогда не говорила ему, когда вокруг были другие люди, потому что эмоции не принадлежали публике, но меня это больше не волновало. Пусть Римо увидит, как сильно я люблю свою семью.

На лице Сэмюэля появилось затравленное выражение, и он удивил меня хриплым голосом.

— Я спасу тебя.

Если он произнес эти слова в присутствии другого человека, своего врага, значит, он беспокоится за мою жизнь даже больше, чем я думала.

Слезы полились из глаз. Римо прошел мимо меня и выключил экран. Я не сдерживала их.