Извращенная гордость

— Опять в камере пыток? — спросила я, дрожа всем телом, когда мои босые ноги коснулись первой каменной ступеньки, ведущей в подвал. Я не понимала, как пол может быть таким холодным, когда снаружи светит солнце.

— Не хочу, чтобы ты простудилась. Это было бы позором. Мне придется попросить Киару купить одежду и обувь, которая подходит тебе.

Я застыла в его объятиях.

— Ты можешь отправить меня обратно в Миннеаполис. У меня там достаточно одежды.

— Я думаю, Данило хочет, чтобы ты была в Индианаполисе, ангел, или ты забыла?

Я поняла, что да. Моя свадьба казалась такой далекой, и это было последнее, о чем я думала.

Римо невесело усмехнулся. Его глупые манипуляции действовали мне на нервы. Как он это делает?

Я не ответила на его вопрос, потому что он знал. Мое предательское тело оплакивало потерю его тепла, когда он поставил меня на ноги в камере, где он записал последнее сообщение моей семье."

"Я обхватила себя руками, внезапно ошеломленная воспоминаниями. Мой взгляд метнулся к ране. С тайленолом я едва замечала ее существование, и она была покрыта корочкой. Меня беспокоили не боль и не порез. Это было воспоминание о выражении лиц Сэмюэля и отца, когда они увидели меня в руках Римо. Они страдали больше, чем я, и это было хуже всего.

Римо подошел ко мне, его теплое тело было у меня за спиной, он взял меня за запястье и поднял его, чтобы осмотреть рану. Его большой палец легко провел по моей коже. Он наклонился.

— Я не порежу тебя снова, Ангел. Не бойся.

Это было не то, чего я боялась больше всего.

— Ты не порежешь? — с любопытством спросила я, наклонив голову, чтобы рассмотреть его лицо. Почему Римо сказал что-то подобное?

Римо режет глубоко. Бьет сильно. Убивает жестоко.

Римо отпустил мое запястье, что-то изменилось в выражении его лица, его защита соскользнула на место.

— Время для твоего звонка с Сэмюэлем.

Он подошел к экрану на столе и включил его и динамики. Я подошла ближе, когда появилось лицо Сэмюэля. Мое сердце сильно сжалось при виде него.

Его волосы были в беспорядке, лицо искажено страхом, а под глазами залегли темные круги. Вероятно, он вообще не спал с момента моего похищения.

Меня охватило чувство вины за то, что я не так плоха, как они все себе представляли. Я могла сказать, что Сэмюэль изо всех сил пытался держать выражение лица под контролем. Он не проявит слабости перед врагом.

— Сэм, — тихо сказала я дрожащим голосом.

— Фина, — выдавил он. Его глаза изучали меня и скудный наряд, в котором я была. Он сглотнул, мускул на его челюсти напрягся. — Как ты?

— Я в порядке, — сказала я. Он недоверчиво сдвинул брови.

— Как долго она тут пробудет, зависит от готовности твоего Капо ответить на мои требования, — добавил Римо.

Какие требования?

Сэмюэль начал трястись.