Извращенная гордость

Непонимание и даже гнев, что я выбрала этих детей, а не избавилась от них, как будто это могло стереть похищение.

Когда мы вернулись домой после одного из этих светских сборищ, дня рождения папиного заместителя, я сорвалась по среди вестибюля.

— Я этого не вынесу, — резко сказала я. — Терпеть не могу, когда все шепчут их имена, как будто они грешники. Я не хочу, чтобы они стыдились того, кто они есть.

Мама, которая осталась с детьми, потому что не чувствовала себя достаточно хорошо, чтобы присутствовать на мероприятии, появилась на лестничной площадке, обеспокоенная моей вспышкой.

Папа вздохнул, на его лице отразилась боль.

— Все знают, что произошло. Все знают, кто они такие, и это никогда не изменится.

— Кто они такие… — я уставилась на отца. Сэмюэль тронул меня за плечо, но я стряхнула его руку. — Они мои! Они тоже твоя кровь. Они являются частью Наряда! Когда вы это примете? Невио примет присягу, чтобы ты смирился с этим? — папа и Сэмюэль переглянулись, и я сделала шаг назад. — Он станет частью Наряда, верно? Когда-нибудь он станет главой города? Это его право.

Его право по рождению стать капо каморры.

Папа грустно улыбнулся.

— Голубка, — пробормотал он.

— Нет, — прошептала я. — Только не говори мне, что ты не позволишь Невио чего-то добиться из-за того, кто его отец.

Сэмюэль посмотрел на меня так, словно я вела себя неразумно.

— Фина, он похож на гребаного Фальконе. Они все ненормальные. В его жилах течет кровь Римо. И только посмотри на него. В свои семь месяцев он уже просто невыносим.

— Наши солдаты никогда не примут его после того, что сделал его отец. Мы все еще едва оправились от нападения. Каждая свадьба тщательно охраняется, каждую девушку охраняет вдвое больше охранников. Стыд не проходит, и твои дети постоянно напоминают об этом, — тихо сказал папа.

Я повернулась и оставила их стоять. Не говоря ни слова, я пронеслась мимо мамы в детскую и закрыла дверь, тяжело дыша.

Невио и Грета спали в общей кроватке, растянувшись на спине. Рука Греты лежала на груди Невио. Они всегда прикасались друг к другу, когда спали.

Мои дети не были чем-то постыдным.

Я не позволю никому заставить их чувствовать себя так. Даже семья, которую я любила.

РИМО"

"Киара была в полном рождественском режиме. Она украсила каждую часть дома, в которую ей позволили войти. Я знал, что она с удовольствием использовала бы свою магию и в моем крыле, но она еще не была настолько смелой. Хорошо для нее, потому что я был в чертовски плохом настроении в течение нескольких дней, и сегодня было хуже всего.

Запах свежеиспеченного печенья разносился по дому, пока я читал письмо от Рика, организатора наших гонок. Все было подготовлено к самой большой гонке, которую мы когда-либо проводили.