Извращенная Гордость

— Она ведь не вышла замуж?

— У меня нет шпионов, поэтому я не знаю.

— Это было бы в новостях. — я перестал искать новости о Серафине через несколько дней после того, как освободил ее. Она осталась в прошлом. — Я думала, она влюбилась в тебя. …

Я стоял, глядя на нее сверху вниз.

— Вы, девушки, всегда превращаете все в сказку, даже похищение. Серафина была моей пленницей. Единственное падение, которое она совершила, было ее грехопадение.

Она тоже оттолкнулась от пола.

— Ты можешь притворяться сколько угодно, но я видела, как ты на нее смотришь.

Я прижал ее к стене.

— Ты ничего не видела, потому что ничего не было. Я трахал Серафину и наслаждался каждым моментом. Я хотел обладать ею, хотел вырвать у нее невинность, и я это сделал. Это все.

— Если бы это было все, ты бы потом купался в своем триумфе. Но ты почти не упоминал о ней с тех пор, как отпустил ... как будто не можешь произнести ее имя.

— Киара, — прорычал я. — Не заводи меня. Не сейчас.

Она толкнула меня в плечо, и я отступил назад. Не сказав больше ни слова, она ушла, но ее глаза сказали более чем достаточно.

Когда я спустился в игровую, чтобы пнуть боксерскую грушу, Савио и Адамо сидели на диване и играли в какую-то долбаную игру. Как будто нам не хватало кровопролития в реальной жизни. Тарелка с печеньем была пуста.

— На кухне есть еще печенье? — спросил Савио, не поднимая глаз.

— Откуда мне знать? Спроси Киару.

Савио бросил на меня любопытный взгляд.

— Что с тобой?

Я опустился на пол напротив них.

— Прямо в этот момент? Ты. В общем? Канзас.

— Эта гонка будет захватывающей. — сказал Адамо.

— Не надо так волноваться. Ты же не веришь, что Римо позволит тебе снова участвовать в гонках после прошлого раза? —пробормотал Савио, закидывая ноги на стол.

— Это не моя вина, — отрезал Адамо.

— Конечно. Когда ты разбиваешь машину, это не твоя вина.

— На этот раз я не разобьюсь. Я гораздо лучше. Я выиграю.

Савио не выглядел убежденным.

— Это самая длинная гонка. Минимум восемь часов. Это дает тебе достаточно времени, чтобы облажаться.

— Я не облажаюсь. И большое расстояние это лучшая часть. Классное расположение, — сказал Адамо.

— Ты не сядешь за руль, — сказал я наконец. — Гонка заканчивается в Канзас-Сити. Я не хочу, чтобы ты был так близко к территории Наряда.

— Никто не должен знать, что я там. В машине. Я могу использовать другое имя.

— Нет. И это окончательно."

"Адамо нахмурился и глубже погрузился в диван.

— Ты обещал, что я буду чаще участвовать в гонках, если не буду пропускать школу и выполнять свои обязанности в Каморре.

— И это обещание остается в силе, Адамо, но не в этой гонке.

— Но Люк снова приедет на новой машине. Он протаранил меня в прошлый раз. Я хочу надрать ему задницу и заставить разбить его машину.

Я наклонился вперед.