Извращенная Гордость

Вскоре я нашел темп, который был достаточно быстрым, чтобы быть болезненным, но не настолько подавляющим, чтобы она не чувствовала темного обещания удовольствия за ним.

Она закрыла глаза.

— Нет, — прорычал я, давая ей гораздо менее сдержанный толчок, показывая ей, что я все еще сдерживаюсь.

Она посмотрела на меня с ненавистью и отвращением. Я завладел ее ртом, становясь еще тверже под напором ее эмоций. Ненависть это хорошо.

Я засосал ее сосок в рот, и она напряглась. О да. Чертова Серафина оказалась лучше, чем обещало мое воображение.

— Не могу дождаться, когда отправлю эти простыни Данило и твоей семье, — прохрипел я, касаясь ее влажной кожи.

Она вцепилась мне в спину, и я застонал, мой член дернулся. Она боролась с удовольствием, цеплялась за боль, даже предпочитая ее.

Я протянул руку между нами, нашел ее комочек и щелкнул по нему пальцем. Она сильнее сжала мой член, заставляя мои глаза закрыться от ослепляющего удовольствия.

— Если ты прекратишь бороться с удовольствием, это будет менее болезненно, Ангел, — пробормотал я в ее розовый сосок, прежде чем засосать его обратно в рот. Я вошёл глубже, чем раньше, все еще не так сильно и глубоко, как мне хотелось, но Серафина захныкала. Я поднял голову. Она прикусила губу, сдерживая звук.

— Отдайся удовольствию. Оно того стоит.

Она бросила на меня полный ненависти взгляд, но не отстранилась, когда я поцеловал ее в губы и скользнул языком внутрь. Она скорее будет страдать от боли, чем перестанет бороться с удовольствием. Гордая и сильная. Решив не давать мне еще один из ее сладких оргазмов. Я завладел ее ртом, жестко и быстро, когда мой член входил ее тугой центр.

Я решил позволить ей эту маленькую победу. Я уже выиграл приз и войну. Я расслабился, подчиняясь давлению в яйцах. Я вошел в нее в последний раз, а затем выстрелил в нее спермой с сильной дрожью.

Я смотрел ей в глаза, когда заявлял права на ее тело.

Она была моей. Я не мог дождаться, когда Кавалларо и ее жених узнают.

Г Л А В А 16

• ────── ✾ ────── •

СЕРАФИНА

Римо вышел из меня, и я вздрогнула, резко втянув воздух. Я перекатилась на бок, подальше от него, но стыд остался со мной. Римо откинул мои волосы и поцеловал в шею, потом слегка прикусил, и я вздрогнула.

— Теперь ты моя, Ангел. Я владею тобой. Даже если я когда-нибудь отпущу тебя, ты все равно будешь моей. Ты всегда будешь помнить этот день, и в глубине души ты всегда будешь знать, что ты моя и только моя.

Я закрыла глаза, пытаясь сдержать слезы, борясь с ними, удерживая самообладание силой воли.

Простыни зашуршали, когда Римо вылез из постели, и я не оглянулась, чтобы посмотреть, что он делает. Я услышала, как в ванной течет вода.