Тёмное сердце ректора Гордеева

Я вся изнемогала от желания узнать, не Ольга ли это, но не хотела показывать, что вообще запомнила ее, а потому так и не решилась спросить.

Тем более, что чтение ладонями, хоть частично, но все же сработало – буквы впитывались в мой мозг через одну, с трудом, но общий смысл подсунутой мне газетной статьи я все же смогла разобрать. Магия, пусть и через пень колоду, работала – что говорило о том, что способности мои все еще не устаканились, и если и использовать их, то как раз сейчас. Потому что на опытную Видящую магия не работает совсем.

Хотя… если эта мазь для слепых понадобится мне, когда я буду опытная Видящая – будет совсем печально.

– Ингредиенты привезут к субботе – вместе с теми, что нужны для клеймления, – успокоил меня ректор, помогая мне подняться.

– Какая прелесть, – отреагировала я с нотками сарказма в голосе. – То есть сначала меня вылечат, потом трахнут, а потом заклеймят в рабство. Замечательная суббота у меня намечается. Уж точно не соскучусь.

– Гарантирую, – многообещающим голосом пророкотал Демьян над моим ухом. А потом схватил и потащил куда-то за руку.

– Что? Куда мы? – заволновалась я.

По ощущениям комната сменилась на другую, воздух стал чуть более влажным и каким-то сладковатым, фруктовым. Ванная, догадалась я.                                                                                                                                                                                                                       

– Примешь душ, горничные помогут тебе одеться и поедем пообедаем.

Мои невидящие глаза широко распахнулись в изумлении.

– Пообедаем? Но как же я буду…

– С моей помощью легко и просто. Давай, не спорь… Я сижу дома уже вторые сутки и хотел бы хоть куда-нибудь вылезти.

От обиды я чуть не заплакала. Эгоист хренов! Я из-за него зрение потеряла, в он дома сидит аж целые сутки! Мне с таким подходом и без Ольгиных книг скоро сбежать захочется.

И как он предполагает, что я буду душ принимать, ничего не видя? Спинку потереть вызвется?

Судя по тому, с какой уверенностью Демьян принялся расстегивать на мне пижаму, помогать он мне собирался не только обедать в ресторане.

Опомнившись, я вывернулась из его рук, тут же врезалась бедром в какой-то острый угол, вскрикнула, отскочила, наступила Демьяну на ногу, и метнулась бы еще куда-нибудь, если бы он не остановил меня, крепко схватив за плечи.

– Ничего не делай, не двигайся и не размахивай руками. Замри!

Окончательно напуганная и ошалевшая, дыша словно после марафона, я замерла.   

– Вот так… – он медленно отпустил мои плечи.