Гонки на выживание

 — Вперед?

Они ехали, как по музею войны, мимо искалеченной, окаменевшей бронетехники, по бывшему полю боя, на котором, вероятно, нашли свой конец сотни и сотни неведомых солдат.

Ехали молча.

Все думали об одном — как похож этот пейзаж, эти уродливые ископаемые стальные звери с переломанными хребтами и оплавленной броней на фоне отдаленных гор на то, что еще так недавно они видели в Чечне.

— Дурной мир! — убежденно сказал Трубач.

— Уж какой есть, — вздохнул Иван. Остальные не возразили ни тому, ни другому. Пастух посмотрел на часы. В пути были уже шесть часов и теперь приближались к подножию гор приграничной окраины Рашиджистана. Вершины уже полыхали и золотились под солнцем. Он оглянулся. За их армейским «джипом», слегка извиваясь, теперь убегала к горизонту отчетливая колея. Ветер нес легкую пыль, но он должен был еще не скоро засыпать их след. Сергей сверился с картой.

Окинул взглядом плоскогорье и горы впереди. И тут же тон его стал другимчетким, командным.

— Стой, Боцман. Приехали. Станция Вылезайка.

— Ты чего, Серега? — не понял Боцман.

— Просто вспомнил закон жизни. Хорошо долго не бывает. Проехались, прокатились, ну и спасибо. Тут ведь была война, так? Значит, остались и последствия. Противотанковые, противопехотные. Дальше выступаем пешим порядком.

Спасибо «джипу», и айда.

Взвалив на спины парашютные ранцы с водой, пайком и боеприпасами, с автоматами на плечах, они вновь двинулись под солнцем, поднимаясь в горы. Трубач шел последним, он уже почти не хромал.

* * *Караван внеконкурсных машин двигался параллельно колее, проложенной участниками. Уже когда выехали на маршрут, Михаил извлек из тайника и выдал Артисту и Мухе маленькие автоматы «узи» и обоймы.

— Если кто сунется, применяйте без колебаний. Технический директор господин Добрынин ехал в машине оргкомитета под номером 5, представитель Российского фонда спорта Александр Штукин — на своем «паджеро» цвета топленого молока. То отрываясь на несколько километров, то пропуская их вперед. Муха старался все время быть неподалеку. Несмотря на все попытки, Добрынина с утра увидеть ему не удалось. И только когда уже были в пути, в открытом окне вездехода с большой желтой пятеркой на красном кузове мелькнуло бледное, встревоженное лицо Леонида Павловича.

— Наш командор, похоже, провел не самую лучшую ночь, — заметил Артист.Почему же все-таки они с товарищем Штукиным в жмурки играли в столь поздний час?"

"— Вопрос законный, — отозвался с заднего сиденья Михаил. — Боюсь только, ответа мы не получим. По крайней мере, в обозримом будущем.