Крысиные гонки

Громосеев говорил, драка была с приезжими, — внёс свой вклад в обсуждение обстановки Владимир, — Но, как вы слышали, Вовчик вопрос решил…

— Гы! — выдохнул после очередной рюмки захмелевший мордатый Роман, — И молодец! И правильно! Я етого юрыста тоже не понял — чо он стал про какие-то законы?.. мудак. Отмудохали приезжих — и нормалёк!

Он, наклонившись, порылся в дорожной сумке, откуда до этого одну за другой доставал уже третью бутылку коньяка, чуть не упал, схватившись за стол, и, наконец, вынырнул из-под стола, с покрасневшей от прилива крови мордой; брякнул на стол тяжёленький предмет:

— Во! В случ-чего можете на меня рассчитывать!

Друзья заинтересованно склонились над предметом: это была Оса, четырёхствольный травматический пистолет крупного калибра. Владимир разочарованно откинулся на спинку древнего стула, Вовчик же взял в руки, стал заинтересованно и со знанием дела изучать.

— Да! Хоть чо-то на кармане! А то… совсем никак! А я ж понимаю!.. Ну и что что нельзя?? Мы, чай, не юрысты какие! Шварк в харю — и свободен! Патроны дореформенные, от АКБС-а, с надкалиберным шаром — теперь таких не делают, сблизи мало не покажется! — продолжал разоряться Роман.

— Рома. А как вы собираетесь здесь жить? Ну, с жильём понятно — здесь, вселение и всё такое, — перевёл разговор Владимир, — А вообще? В коммуну? Или огород расширять — копать? Про продналог Уполномоченный ведь сказал вам?

Рома оглушительно захохотал, так, что заколыхалось брюхо и неодобрительно уставилась на него жена:

— Да вы чо, пацаны! Ща, я буду кверху жопом на огороде ковыряться, да-вы-что??

— Купим! Хули вы переживаете?? Я чо, тут бедным родственником отсвечиваю? Вы чо, пацаны; не сцыте за Романа, всё будет пучком!!

— За деньги, пацаны, за деньги!! А вы что думали? Что Рома с голым жопом из Мувска уехал?.. Всё пучком, пацаны, не ссыте!

Коммерсант почему-то проникся доверием к парням. Как он заявил после третьей бутылки, несмотря на шикание тоже подвыпившей жены «- Я, пацаны, в людях разбираюсь! — иначе не имел бы чо имею! И вам, я вижу, доверять можно!»

Из дальнейшего разглагольствования подвыпившего коммерсанта перед «деревенскими пацанами», как, ничтоже сумнящеся, Рома определил и Вовку и Вовчика, следовало, что Рома, Роман Александрович, — оч-ч-чень не простой перец в околокоммерческих кругах Мувска — как он, собственно, и отрекомендовал себя сам.