Крысиные гонки

Хотя… С какой стати?

— Хрен им, а не палатку!! Они надо мной смеялись — вот пусть смеются дальше!

— Хрен им?.. Вообще, Вовчик, ты мыслишь в правильном направлении, так бы и надо; но они пока не готовы — недозрели. После мародёрки в городе, потрясясь в общаге, они только начали что-то понимать… Подождём…

— Они меня не любят, потому что…

— Фигня, Вовчик. У них, у женщин, всё по-другому устроено. Они не думают «почему любят» — они сначала инстинктивно решают, что вот этого стоит любить, — влюбляются, — а потом уже для себя, на рациональном уровне додумывают — и за что же его любят…

— Тебе виднее… Ты у нас опытный…

— Да не фырчи так, Вовчик! Всё образуется.

— А за что? В смысле, за что они эта… влюбляются?

— Комплекс причин, Вовчик. Если суммировать — то за то, что видят себя рядом с ЭТИМ мужчиной в достатке и безопасности, и что потомство будет здоровым и благополучным…

— Фу, как приземлено…

— Старик, а как ты хотел? Вот так оно и бывает — если, как говорится, «проверить алгеброй гармонию».

— То есть… Если, скажем…

— Ага. Если в этих новых условиях, ну, в деревне, ты будешь успешен — то как жених… или как возлюбленный, ты будешь так же востребован, как и какой-нибудь управляющий филиалом банка в Мувске в своё время. Так что не переживай. Всё у тебя будет. В своё время.

Потихоньку на лес, на «табор беженцев-эвакуированных» опускалась ночь. Семейные уже все угомонились; и теперь сопели, укрывшись кто чем, и подложив под себя всякую всячину из взятых с собой вещей. Слышно только было, как в тишине «Юличка» что-то выговаривает своему супругу. Угомонились и девчонки-танцорки, улёгшись на постели из свежего лапника и укрывшись по необходимости своими фирменными, совсем не походными плащами и пальто. Чуть поодаль Вадим за что-то отчитывал дочерей.

— Не, Вовчик, я вон там лягу. Около костра. Тепло уж очень. Зря ты палатку только ставил. Да ещё так далеко.

— А Жоржетта? Что ей, всю ночь в коробке сидеть?..

— Ну, как знаешь. Пончо? Давай. Да я курткой накроюсь. Не, нормально.

— А одна мне, говорит, прикинь: Вовчик, а зачем ты с собой нож носишь?? Ты что, зарезать кого хочешь? Нет, ну ты прикинь, Вовка — не дура? Я ж при ней только что этим ножом консерву вскрывал, и вообще!.. Я ей говорю: нож — это инструмент. А «зарезать» — действие! Зачем априори привязывать действие к инструменту? Причём — неспециализированному!

— Эк тебя разобрало… Да не дура, не дура — просто мозги у них по другому устроены… Ну, давай. Спокойной ночи. Завтра к вечеру, наверно, даже таким неспешным темпом до деревни доберёмся?..

Владимир встал, и направился к приготовленному им себе ложу из еловых лап недалеко от костра.