Последняя из рода Мун: Семь свистунов. Неистовый гон

Мужчина, недоверчиво хмурясь, огляделся и взял яйцо и платок из рук Наддин. Стукнул кулаком и удивленно вскрикнул.

Элейн видела, что в руках его была темно-красная жижа: белок и желток смешались с добавленной туда кровью.

Наддин отшатнулась.

– Много-то как. Если не с тобой, так с кем-то очень близким будет беда страшная.

Элейн невольно восхитилась игрой мошенницы. От ее слов становилось не по себе.

– Что делать? – спросила наивная жертва, оторопело разглядывая руки.

– У духов все просто: чтобы что-то получить, нужно что-то отдать, – небрежно взмахнула рукой Наддин. – Сам определяешь, что и сколько хочешь отдать. Вот мне идет ощущение, у тебя случится горе с женщиной.

Она внимательно посмотрела ему в глаза и, видимо, заметив во взгляде сомнение, добавила:

– Я не имею в виду жену. Просто с близкой женщиной. Может, с матерью.

Наверное, Наддин увидела испуг на лице мужчины, потому что продолжила:

– Судя по тому, что я вижу, проклятье очень уж сильное. Завистник в сердцах мог крикнуть: «Будь ты проклят», – а теперь мать твоя может и на тот свет отправиться. По крови этой могу сказать, что речь тут о паре дней.

На лице мужчины появилось озарение:

– Знаю, кто это! Вот мерзавец!

– Да уж, – согласилась Наддин, – ни стыда, ни совести у человека. Как можно так раскидываться проклятьями! Это же не шутки. А тебе придется платить такую высокую цену. Жаль тебя и матушку.

Мужчина кивнул и достал из-за пазухи мешочек с золотыми.

– Это последнее, что у меня есть. Должно хватить?

Наддин с сомнением покачала головой.

– Только тебе решать. Если ощущаешь, что сумма значимая, то все будет хорошо. А если лукавишь, так ты же не мне вредишь. И дело это твое.

Он решительно протянул деньги. Наддин шагнула прочь.

– Ну что ты! Я брать не стану, это ж откуп от проклятья, я не хочу на себя его принимать!

Эмоции на лице мужчины полностью отражали растерянность и удивление, которые испытала Элейн.

– Самое действенное, – негромко произнесла Наддин, будто по секрету, – оставить плату под ивой. Она забирает все зло и отдает добро.

Мужчина на мгновение задумался, а затем вскинул палец:

– Я знаю большую иву!

Получив ободряющую улыбку в ответ, он поспешил в сторону рынка. Тут же от забора оторвались двое мальчишек. Они многозначительно улыбнулись Наддин и поспешили следом за мужчиной.

– Таких простофиль тут пруд пруди, – заявила она, заметив взгляд Элейн, а затем, подмигнув, добавила: – А вот ива – одна.

– Как вас до сих пор не поймали за этим делом?

Элейн не понравилось, что Наддин обманула мужчину, хотя мастерство нельзя было не отметить. Однако Элейн не могла откровенно ругаться с женщиной, в чьем доме собиралась переночевать."

"– А что я сделала? Он сам достал свои золотые, сам оставил их под деревом.