Голый завтрак

Они атрофируются и самопроизвольно отваливаются так же, как отваливается мизинец ноги при западноафриканской болезни, характерной только для негритянской расы, а когда идущая мимо блондинка демонстрирует свою бронзовую лодыжку, напедикюренный пальчик, подскакивая, катится прочь по клубной террасе, и ее афганская борзая, принеся его обратно, кладет ей под ноги…

«Голый завтрак» – это план, «Практическое руководство»… Черное насекомое испытывает нескрываемую страсть к инопланетным ландшафтам… Абстрактные понятия, простые, как алгебра, сводятся к черному говну или парочке стареющих яиц…

Роберт Кристи был знаком с телефонистками Справочной службы… Убивал старых пизд… лобковые волосы хранил в своем медальоне… а вы бы?

Роберта Кристи, задушившего множество женщин – звучит как чудесная групповуха, – повесили в 1953 году.

Джек Потрошитель, Педант 1890-х годов, прекрасно владевший холодным оружием и так и не пойманный с поличным… написал письмо в Прессу:

«В следующий раз я пришлю вам ухо – так, забавы ради… А вы бы?»

– Ах, осторожней же! Опять та же история! – вскричал старый гомик, когда порвалась его перетяжка и яйца раскатились по полу… – Хватай же их, Джеймс, никчемный старый говнюк! Старые хозяйские яйца катятся в угольный бункер, а он знай себе стоит столбом!

Очковтиратели ставят на уши весь вокзал и втирают очки кассиршам, подсовывая им «куклу».

На этом дилаудиде я просто прогорю (дилаудид – убойной силы обезвоженный морфий).

Шериф в черном жилете печатает распоряжение о приведении в исполнение смертного приговора:

– Надо бы узаконить казни и разгрузить отдел наркотиков…

Нарушение Закона о здравоохранении 334… Достижение оргазма обманным путем…

Джонни на четвереньках, а Мэри сосет у него, проводя пальцами вниз по ягодицам и слегка касаясь дальней части поля для игры яйцами…

Через сломанный стул и прочь, в окно инструментального склада, побелка облупилась от холодного весеннего ветра на известняковом утесе за рекой… в зеленовато-голубом небе застыла струйка лунного дыма… прочь, по длинной линии спермы на пыльном полу…

Мотель… Мотель… Мотель… расколотая неоновая арабеска… одиночество жалобно стонет по всему континенту, как туманные горны над неподвижной масляной водой приливных рек…

Настырный тип, сморщенный, как кожура выжатого насухо лимона, лижет жопу, отрезает ножом кусочек гашиша для кальяна – буль-буль – вот каким раньше был я…

– Реку обслуживают, сэр.