Головоломка

— Мы рассчитывали на то, — осторожно, как бы ожидая грядущего взрыва, проговорил Стоун, — что президентом у нас должен быть Джордж Бенджамин.

— Должен сказать, — сухо заявил Кинг, — что для меня это довольно-таки неожиданное решение.

— Но тебе, конечно, будет предоставлен пост вице-президента, — поспешно вставил Стоун, — с огромным повышением денежного оклада.

Дуглас Кинг некоторое время молча рассматривал собравшихся, а потом так же молча поднялся. Сидя на диване, он производил впечатление человека весьма плотного сложения, но стоило ему подняться, как впечатление это тут же рассеивалось. Он был по меньшей мере шести футов и двух дюймов роста, с широким разворотом плеч и узкой талией профессионального спортсмена — специалиста по прыжкам в воду. При том обстоятельстве, что ему в данный момент было сорок два года, его седеющие на висках волосы уже едва ли можно было назвать “преждевременной сединой”. Однако седина эта придавала налет некоего достоинства резким линиям его лица и мрачноватому блеску его голубых глаз.

— Вы намереваетесь наладить самый массовый выпуск обуви, таких вот моделей, правильно я вас понимаю, Джордж? — спросил он, держа в руках красную туфлю. — И вы намерены поставить товарный знак Гренджера на эту дешевую продукцию?

— Совершенно верно."

"— При этом вы рассчитываете на то, что нам удастся сократить наполовину число производимых в настоящее время на фабрике технологических операций, — он на какое-то время умолк, как бы производя в уме необходимые подсчеты. — Штампы и матрицы по существу сделают ненужными существующий ныне раскроечный цех. Кроме того, мы избавимся полностью от установленного на пятом этаже оборудования, а также ото всех…

— Это ведь весьма здравая идея, не так ли. Дуг? — с надеждой в голосе спросил Бенджамин.

— И в результате всего этого мы получим такую вот туфлю. — Кинг уставился взглядом на образец в своих руках.

— Не вижу ничего плохого в этой модели, Дуг, — оправдывающимся тоном проговорил Стоун.

— Очень может быть, что Старик и впрямь доведет нас до ручки, — сказал Кинг, — но он по крайней мере старается выпускать приличную и добротную обувь. А вы же намерены выпускать барахло.

— Погоди секундочку. Дуг, мы же тебе…

— Нет, уж это вы погодите секундочку! Я люблю “Обувь Гренджера”. Я работаю на этой фабрике двадцать шесть лет, поступив туда на склад в шестнадцать. Если не считать службу в армии, можно сказать, что всю свою сознательную жизнь я проработал в этой фирме. Я здесь все могу определить по звуку, по запаху — любую операцию. И кроме того, я научился здесь разбираться в обуви. Я знаю, что такое обувь, хорошая обувь.