Голос Вессема. Радиомолчание

Кругом клубился серый туман, золотистые искры были уже где-то далеко, и я перетекла еще немного дальше по коридору.

— Где же ты? — пробормотала я. — Где хоть кто-нибудь? Мы же отправили запрос, а никого нет…

Мигающая лампа раздражала, хотелось закрыть глаза, но я боялась, что в этом случае уже никогда не смогу их открыть, потеряюсь в сером тумане и не вернусь обратно в свою голову. Хотелось уцепиться хоть за что-то реальное, оставить хоть какой-то якорь, чтобы не пропасть в этом странном мире окончательно.

Я глубоко вдохнула, и волна сдвинулась дальше. Искры стали ближе — я их чувствовала, но словно в стекло билась. Никогда еще это не было так сложно — подключиться к кому-то, словно было что-то, что меня не пускало. Что мешало мне пройти.

— Детлеф, Детлеф, — пробормотала я. — Давай, возвращайся.

Искры закрутились вокруг меня, и мир раздвоился. Я видела мерцающую лампу, серую стену и уходящий в темноту коридор. И я видела стеклянную дверь, за которой стояла кровать. Я вытянула руку вперед, и Детлеф повторил мое движение. Его рука наткнулась на гладкий планшет, засунутый в держатель на двери, я пошевелила его пальцами, погладила гладкую поверхность, прочитала первые строчки — «Ива Перович, отделение М» и длинный номер."

"Шаг — и вот я уже могла рассмотреть, что это девушка, бледная до синевы, со свалявшимися каштановыми волосами, изо рта у нее торчит трубка, на веках — кусочки пластыря, к рукам тянутся капельницы, к голове — провода. Я не знала эту девушку, и Детлеф не знал эту девушку, никогда ее не видел, и, насколько я могла судить, она не была модификантом — не было в ней ничего искусственного.

Девушка была серым туманом.

— Детлеф, возвращайся, — прошептала я в ужасе, и мой страх передался ему.

Он вздрогнул, попятился и вышел из палаты.

Сюда, ко мне, назад, беззвучно звала я. Вытащи меня отсюда, пока еще не очень поздно. Давай уйдем туда, куда она не дотянется.

Я чувствовала золотые искры вокруг себя, и чувствовала, как они подчиняются мне, как это бывало на медиаторских сессиях, но сейчас все было иначе. Я чувствовала сопротивление, словно он двигается в воде.

Словно серый туман стал плотным, как желе, и не пускает его.

Я сжала кулаки, усилила мысленный приказ — Детлеф, вернись! — и туман отступил. Уже через пару секунд я увидела Детлефа — он быстро шел ко мне по коридору, и увидела себя его глазами — я сидела на полу, привалившись к стене, с полуоткрытым ртом, напоминая выброшенную на берег рыбину. Спасибо, хоть слюни не текут.

Детлеф легко подхватил меня на руки, и я не почувствовала своего веса, зато в руках появились странные ощущения, будто мышцы вдруг стали горячими.

Иди, иди, иди, повторяла я мысленно, и вода вокруг меня качалась в такт словам, и Детлеф шагал, повинуясь этому ритму.