Голос Вессема. Радиомолчание

Но только так, чтобы тем, кто будет потом смотреть записи, было понятно — идея не моя, я тут ни при чем.

— Ты псих, — сказала я. — Я хотела найти Петера, а не неприятности.

— Поздно, — ухмыльнулся Детлеф. — Если ты сейчас отсюда выйдешь — у тебя точно будут неприятности. Так что постараемся не попасться.

Он пошел вниз по лестнице, я поплелась следом.

— Нас обоих вышвырнут из проекта, и мне придется вернуться в Гетто и там сторчаться, — ныла я по дороге. — Ты хоть представляешь, что это такое — жить в Чарне-Технической, когда у тебя нет работы?

— Нет, но поверь, я рискую больше, — он обернулся и посмотрел на меня. — Если меня вышвырнут из проекта, то снимут все импланты, и остаток жизни я проведу в инвалидном кресле.

Я вспомнила, что в контракте и правда есть такой пункт: все импланты — собственность армии. Но не могли же они на самом деле заменить Детлефу столько частей тела?!

— Зачем ты на это согласился? — вырвалось у меня. — Ты же не из Гетто, правда? Зачем ты в это вписался, если теперь не сможешь жить без их имплантов? Я же вижу, ты из нормального района, из нормальной семьи, тебе не настолько нужны были деньги.

— Точно, они мне не нужны, — помотал головой Детлеф. — Мне нужны были импланты. Военные разработки.

— Ты что, шпион? — ляпнула я.

Детлеф секунду смотрел на меня непонимающе, а потом начал смеяться.

— Я не могу, — простонал он, — шпион! Рета, ты вообще откуда такая взялась?

— Между прочим, Эрика подозревала меня в том же самом, — буркнула я, чувствуя себя глупо.

Вдобавок у меня и правда начала болеть голова.

— Я не шпион, клянусь, — Детлеф приложил правую руку к сердцу, будто приносил присягу, при этом продолжая спускаться по лестнице. — У нас была авария на аэродроме. Четыре трупа. А я позвоночник сломал. И получил всякие другие травмы, но это уже мелочи на фоне позвоночника. Поскольку это было во время службы, мне предложили пойти в проект. Испытать новые импланты и новый формат взаимодействия с начальством.

— Неужели не было другого выхода?

— А чем этот плох? — не понял он. — Но вообще-то гражданских аналогов нет. Может, через пять лет, когда закончится мой контракт… Знаешь, все военные разработки рано или поздно становятся доступными. Кроме оружия массового поражения. Смотри, мы пришли.

Он подергал дверь, но она была заперта.

— Взломаем? — предложил он азартно.

Зрачок его правого глаза вдруг расширился во всю радужку, потом сжался в точку. Я моргнула — зрачок вновь стал нормальным. Показалось, что ли?

— Сдурел? — спросила я. — А Эрика?

— Что — Эрика?

— Ты говорил, вы служили вместе.

— И когда это я успел?

— Она тоже получила травмы?

— А зачем тебе это знать?

Он продолжал машинально дергать дверь, словно его рука жила какой-то своей жизнью.