Голос Вессема. Радиомолчание

Вы должны знать, что мы можем двигаться очень быстро. И пули не остановят ни меня, ни Корто. Я убью весь этот отряд раньше, чем кто-то из них добрется до Эрики… И Реты.

— Это твое последнее слово? — спросил полковник Валлерт, и в руке его словно из ниоткуда появился пистолет.

Я не видела подобных на нашей базе — массивный, тяжелый, с долнительным контейнером сверху — видимо, стреляет очередями, чем-то убойно-разрывным. Может, у Валлерта даже и вправду получится кого-то ранить.

— Детлеф, стой, — прошептала Эрика.

Я покосилась на нее. Она смотрела на пистолет в руках Валлерта с ужасом.

— Да, — сказал Детлеф. — У вас есть минута, чтобы убраться отсюда.

Полковник кивнул.

— Я давал тебе шанс, — сказал он ровно.

А потом поднял пистолет — Детлеф еще немного сдвинулся так, чтобы поймать пулю, не дать ранить кого-то из нас — и выстрелил.

Это была не пуля. Мне казалось, что в тоннеле на долю секунды зажглось солнце. Я упала, закрывая руками лицо. А когда я подняла голову, Детлефа уже не было. Вместо него был кто-то другой — с почерневшей, полопавшейся кожей, с оплавившимися имплантами. Он все еще был жив, пытался подняться на ноги, и по его движениям я поняла — он ничего не видит.

— Теперь я даю шанс сдаться остальным, — сказал полковник Валлерт.

Он стоял на том же месте, кажется, даже шага в сторону не сделал.

Человек, который был Детлефом, повернулся на его голос. Что-то из всей той техники, которую военные медики встроили в его тело, еще работало. Я слышала звук, с которым он двигался — словно лопаются тысячи пузырьков. Видела, как поднимается и опускается его грудная клетка — с одной стороны. Одна его нога подломилась, он начал заваливаться на бок, теряя равновесие. Мне хотелось зажмуриться, но я продолжала смотреть, как отключается один имплант за другим, как все больше становится красного цвета, как он выгибается назад — то ли от боли, то ли оттого, что происходит сейчас с искусственными частями его тела.

Три или четыре секунды растянулись до бесконечности. Боль, которую он испытывал, была бесконечной. Мне хотелось кричать от ужаса, но горло сжал спазм, и я даже дышать не могла.

Полковник Валлерт снова поднял свое оружие, его палец шевельнулся на спусковом крючке, и в этот момент Детлеф смог оттолкнуться той ногой, что еще работала, и кинуться на звук. Это единственное, что он мог сдеать — сбить Валлерта с ног, но это случилось одновременно с его выстрелом.

Заряд прошел мимо и рассеялся, мне обожгло лицо горячим воздухом, запахло палеными волосами. Сквозь жаркое марево я видела на полу тоннеля две фигуры — чудовищно обгоревшего парня, который одной еще действующей рукой сжимал горло второму человеку.