Голос сердца

Но, когда мы преодолели почти половину пути до озера, все изменилось.

Чужие эмоции я ощутила не то чтобы совсем неожиданно, но они оказались для меня неприятным сюрпризом. Холодная сосредоточенность, ожидание и предвкушение. И человек, который их испытывал, находился совсем недалеко. Нас ждали. Причем ждали с какими-то не очень хорошими намерениями.

Осторожно выпрямилась, продолжая улыбаться, и осмотрелась по сторонам. Дорога, по которой мы ехали, чуть дальше сворачивала к неглубокому оврагу и шла вдоль него. Справа и сзади были густые кусты орешника, за которыми разглядеть что-либо было очень сложно. И именно за ними неизвестный злоумышленник устроил засаду.

В том, что это засада, я почти не сомневалась. Очень уж эмоции были характерные. И направлены они были не на императора и не на принцессу, а именно на меня.

По спине пробежали холодные мурашки. Значит, нужно готовиться к неприятному сюрпризу и делать вид, будто ничего не происходит. Раскрывать свои способности пока нельзя. В конце концов, на мне есть хороший щит от физических и магических атак. Искренне надеюсь, что этого хватит. Главное, чтобы мои спутники не оказались на линии атаки.

Напряжение сгущалось. Эмоции ощущались все острее и острее. Беззаботные разговоры остались где-то в стороне, а вся я была направлена туда, в кусты орешника, где поджидала опасность.

Моя лошадь повернула к оврагу и тут все случилось. Будто лопнула натянутая в воздухе струна чужих эмоций. Ласточка испуганно заржала, поднялась на дыбы, едва не скинув меня на землю, и понеслась вперед.

— Дионея! — раздался сзади встревоженный крик.

А я все свои силы бросила на то, чтобы удержаться в седле. Удар пришелся на лошадь, я сама не почувствовала абсолютно ничего, ни в физическом плане, ни в энергетическом. Но опасность еще не миновала. Во время рывка Ласточки, моя правая нога сильно дернулась, соскользнула со стремени и застряла в нем так неудачно, что стоит свалиться, и испытаю на себе все прелести древней пытки «волочение за лошадями». Поэтому я пригнулась к шее кобылы, сжала ногами ее торс и слегка натянула поводья.

— Ну что ты, девочка, все хорошо, — постаралась произнести поласковее, несмотря на то, что зубы отбивали дробь.

Но лошадь никак не реагировала на попытки успокоить ее. Неслась вперед не разбирая дороги. Меня бросало из стороны в сторону, как мешок с мукой, над головой и по бокам хлестали ветви деревьев, а в ушах свистел ветер, смешавшийся с топотом подкованных копыт.

— Стоять! — раздался совсем рядом властный окрик."

"Сбоку мелькнул черный лоснящийся бок. Таншер легко выскочил вперед, чуть повернулся к моей лошади и повелительно заржал. Ласточка всхрапнула недовольно, но все же замедлила ход.