Голод

Но позволила себе подумать об этом позже, когда дрожащими руками набрала знакомый номер телефона, не надеясь, что мне ответят, едва выдохнув после оборвавшихся гудков:

- …прости, что разбудила…можно к тебе приехать?

Если в последнее время и была какая-то разница между днем и ночью, то лишь в том, что ночью было темно и только.

Та же неиссякаемая толпа народа, тот же шум и гам от работников, их дрелей и прочей шумной техники, предназначенной для строительства.

Теперь я хотела спать ВСЕГДА! И была готова променять завтрак, обед и ужин исключительно из аппетитного мяса на сутки беспробудного сна.

Но такова была наша работа, которую мы были просто обязаны выполнить в срок, ради Генри и его супер загадочного синеглазого брата Ричарда.

Вот только даже в этом сумасшедшем режиме работы почти без сна, еды и время на отдых, я поняла, что одно обстоятельство было неизменным – я постоянно думала о Ричарде.

Я вздрагивала каждый раз, когда слышала его голос по Скайпу, чувствуя, как всё внутри меня сжимается в тугой комок желания, старательно при этом делая ничего не значащий вид, даже если мне казалось, что он смотрит на меня по особенному…не так, как он смотрел на Софи или Рози.

Словно что-то темное и порочное начинало полыхать в его взгляде, отдаваясь низкими вибрирующими нотками в его голосе….иногда мне казалось, что он даже не пытается этого скрыть…или просто не может."

"Но каждый раз отключаясь днем или ночью, я старательно убеждала себя в том, что это всё мне просто кажется.

Реальность была такова, что мы были из двух разных миров.

Отчетливо и ясно я поняла это, только столкнувшись с нашей совместной работой.

Их дома, машины, окружение – все было не такое, как в нашем мире, где обитали я, Софи и Рози.

И если при общении с Генри это не так бросалось в глаза, то Ричард был истинным английским чопорным денди в своей сдержанной и холодной манере общаться, одеваться, говорить.

Во всем, если это не касалось меня.

Иногда мне казалось, что я думаю о нем так много, что уже начинаю сходить с ума, приписывая ему явно нечеловеческие способности.

Я сомневалась во всем, но всё-равно не могла выбросить из головы некоторые подробности.

Какие именно?

Жуткие и кажется абсолютно бессмысленные!

Настолько безумные, что я не могла признаться в этом даже своей Софи, начиная нервно посмеиваться, оставаясь в одиночестве.

Теперь я крайне редко оставалась ночевать в клинике Ричарда, поскольку большую часть ночей мы проводили бессонными в новой клинике, и в общем-то, в наглую игнорировала указания деспотичного доктора Рича о необходимости ежедневно являться на перевязки и капельницы.

Максимум, что я делала – это пила таблетки, при том условии, что Рози запихивала их в меня, когда была рядом.