Голод

Но со мной всё было гораздо хуже!

Никто никогда не увидит мою звериную натуру, никто не сможет с криками ужаса вовремя убежать и спастись.

Моей луной стала Соня!

Моим персональным полнолунием, которое могло приходить в мой жуткий импульсивный мир при свете дня и вечером, не дожидаясь наступления темноты.

Тело отреагировало быстрее, чем я мыслил, когда я понял, что сделал шаг к ней, с пылающими безумием глазами, а зверь рвался наружу.

Вот черт!

Рыкнув, я отскочил снова, резко отвернувшись от неё и отрывисто бросив через плечо, чтобы не видеть её взгляда, пугливо ласкающего мое напряженное тело, и её манящих изгибов, полных женственности и беззащитности:

Глава 65.

-Генри… - даже её дрогнувший голос вводил меня в состояние агонии, когда я рявкнул громче, стиснув кулаки и пытаясь удержать собственное тело на одном месте:

- В дом, Соня! Немедленно!

Я чувствовал её растерянность даже стоя к ней спиной, чтобы не сверкать лишний раз дергающейся бейсбольной битой в своих штанах.

Я ощущал её каждой клеточкой себя, разрываясь от желания защитить и заклеймить собой одновременно!

- Генри, я могу всё объяснить…

Несмело выдохнула она, а я застонал, чувствуя, как моя спина напряглась от её приближающегося дыхания, в отчаянье прокусив нижнюю губу, но не почувствовав даже боли, поглощенный желанием.

И лишь когда кровь хлынула в рот, попав на язык, её жуткий отрезвляющий аромат пронзил меня истошным холодом.

- Это не то, что ты подумал! Люк – наш заказчик, мы должны были работать над его рекламой и открытием нового клуба, но я хотела отказаться от этого заказа.

Тепло её тела заставляло меня обливаться потом в попытках, сдерживать себя, когда девушка шагнула ещё ближе, и её дрожащий растерянный голосок бередил мою душу, когда я понимал, что я не смогу контролировать себя рядом с ней.

Я не смогу.

Она должна уйти, во что бы то ни стало, иначе кровь на песке станет жуткой реальностью, с которой я не смогу жить.

- Ты не обязана отчитываться передо мной, - резко проговорил я таким холодным и отрешенным голосом, на который был только способен, когда моя душа рвалась к ней, а тело…тело хотело вбиваться до потери пульса, пока девушка не начнет кричать, пока не потеряет сознание, - Это твоя жизнь, и ты вольна делать что хочешь! Мы ничем не обязаны друг другу!

Её резкий ошарашенный выдох был полном непонимания и боли, которая полоснула моё сердце, словно раскаленной металлической плетью.

Это было хуже, чем пощечина.

Это был удар в спину, который попал прямо в ее сердце.

Но я должен был это сделать!

Пусть лучше она ненавидит меня, чем живет в надеждах, которым не суждено сбыться.