Голод

-О, Боже!

С силой дернув входную дверь, я влетел в холл, где едва мерцал свет от все ещё включенного телевизора, на диване лежал скомканный плед, а на низком журнальном столе лежали бумаги и какие-то фотографии, напечатанные на обычных листах.

Глава 64.

Чувствуя, как панический ужас сжимает глотку в беззвучном крике, я вздрогнул, когда ко мне из кухни вылетела Люси, приветственно махнув хвостом, и уткнулась в мою ладонь мокрым носом.

- Привет, красавица, - дрожащими руками, я обхватил морду собаки, заглядывая в её умные глаза, - Где твоя хозяйка? Что тут произошло?

В моей пылающей голове пронеслись одновременно сотни жутких мыслей, одна страшнее другой, что могло случиться с моей девочкой, и что только Люси могла мне помочь, если знала минимальные команды и умела искать!

Собака громко фыркнула, убрала свою большую морду из моих ладоней, ринувшись на кухню, куда побежал вслед за ней и я, задыхающейся от ужаса, если не найду её там.

Но кухня была пустой.

Удушливый полный дикой боли крик, разрывал мои легкие, уже вырываясь наружу, когда я услышал странные звуки на улице, приглушенные от мягкого шума накатывающих волн.

Боясь утонуть в напрасной надежде, я вылетел через открытую дверь кухни, попав сразу на берег, и вся тяжесть мира обрушилась на меня в стремительном покое и радости.

-СОНЯ!

Я кинулся к девушке, чей силуэт белел в темноте ночи, озираемый лунный светом.

Она здесь! Жива! Невредима! Она рядом!

Я не знал ни одной молитвы, но был готов упасть на колени в этот прохладный ночной песок, чтобы прошептать Богу спасибо за то, что мои страхи были напрасными.

Добежав до неё, я окинул девушку сосредоточенным взглядом, пытаясь найти на её маленьком теле следы от ссадин, ран, синяки или царапины, но рассматривая её, моё тело все сильнее и сильнее наливалось черной кровью, возбуждая во мне зверя, чье обжигающее дыхание растеклось по венам, воспламеняя меня новой вспышкой неконтролируемого желания.

На девушке практически не было одежды.

Майка-борцовка, облаченная на обнаженное тело, не скрывала ничего, ни один изгиб её тела.

А коротенькие шорты не оставляли простора для воображения, когда я, задохнувшись от её вида, споткнулся о собственные ноги, резко затормозив, и отскочил от неё на пару шагов, судорожно втягивая в себя воздух, и стиснув кулаки, словно это могло помочь мне держать себя в руках.

Но проблемой был даже он, воздух этого пляжа, наполненный её сладким ароматом, который я чувствовал, как голодная акула – кровь, не ощущая ничего другого вокруг себя.