Голод. Одержимые

Это было неплохое решение. Практически компромисс с совестью. — Выберете себе любых шлюх в клубе, эта Лёнина теперь.

Парни, конечно, бурчали, но приказ выполнили, а один из них подхватил почти бездыханное тело Коляна.

— Нет! — заорала баба Коли, тщетно пытаясь скинуть с себя тяжелённое тело такого же как она рыжего быка. — Помогите! Спасите! Коля! Коля!

Как только мы захлопнули дверь квартиры, внутри раздался пронзительный женский крик. Похоже, Лёня не стал больше ждать и проткнул своим штырём симпатичное тельце.

— Почему ты не убил его? Я думал, ты за принцессу свою порвёшь, — спросил уже у машины Дэн, наблюдая как обездвиженное тело кидают в багажник.

— Смерть — это слишком легко. Человека не станет, и он не сможет испытать боль, — объяснял я своё решение, закуривая. Ну а что, пора одну плохую привычку менять на другую. — А я очень хочу, чтобы этот урод пострадал перед смертью.

— И куда его? — спросил Дэн, пока тело укладывали в багажник.

— Чёрный дельфин, — тут же решил я, и Дэн присвистнул. Было с чего."

"Самая большая закрытая тюрьма в России для отморозков. Туда свозят всех насильников, педофилов и убийц. Но мест становятся все меньше, кормить такое количество преступников государство не может. Именно поэтому раз в неделю животных собирают в одной клетке, шесть на шесть, под открытым воздухом ровно на пол часа. А потом просто выносят лишние трупы.

От такой грязи всегда хочется отмыться. Я никогда не мечтал убивать, но судьба сложилась иначе.

Приехав в Россию, я пообещал себе, что с убийствами покончено, слишком много их было совершенно, пока с морскими котиками гонял по горячим точкам. И сегодня, впервые за восемь лет, я был близок к убийству.

Из-за нее. Никогда не думал, что ради бабы можно попрать собственным, нерушимым принципам.

Уже сидя на заднем сидении БМВ, я взглянул на часы и понял, что у Васи должна прямо сейчас начаться тренировка.

Я вошел на сайт ее клуба и включил онлайн трансляцию, как и всегда делал, пока ее не было рядом.

Смотрел, как она нагибается под музыку, как ошалелый. Вот и сейчас. Она там. Разминается. Тянется. Улыбается жаждущим заиметь ее фигуру клиенткам.

С одной стороны, радует, что она в норму пришла, а с другой, что ей мешало пострадать для приличия еще пару дней? Поумолять меня со слезами на глазах трахнуть ее снова. Не стирать с себя мой запах, не вымывать из лона мою сперму. Потешить мое самолюбие.

Но разве могла она долго предаваться унынию. Нет, моя девочка очень сильная. Всегда интереснее приручить необъезженную кобылку. И сколько бы она ни брыкалась, все равно смирится, когда ее покроет более сильный жеребец.

Я провел пальцем по экрану, словно хотел её коснуться, впитать образ. Задушить в своих объятиях.