《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)

Всё будто бы готовилось к тревожной вести, но во взгляде Иоанна уже замерло в смирении.

На пороге просторной залы появился гонец. Лицо своё он опустил и отдал низкий земной поклон. Бояре умолкли, видя, что взор государя сосредоточен лишь на явившемся. Разговоры не были громкими, но и те стихли.

- Говори уже. – произнёс царь. – От кого явился ты ко мне?

- Государь великий, светлый наш повелитель! – точно взмолился гонец. – По воле вашей доношу вам весть, да не прогневайся по множеству милости твоей, по множеству щедрот твоих!

Голос вошедшего дрожал и прерывался, точно не был властен над собою докладывающий.

- От Курбского? – хмуро спросил Иоанн.

От имени того гонец едва ли в клочья не разорвал шапки своей, коию мял в руках своих от тревоги неуёмной.

- Великий государь, свет отчизны нашей… Ныне князь Андрей Михайлович… На иной стороне… - произнёс посланник, преклонив колено перед царской фигурой.

Иоанн прикрыл тяжёлые веки.

- Что же… - тихо вздохнул царь. – Да упокоит Господь душу его. Велите доложить о том в монастыри по всей земле русской. Пусть отмаливают душу его."

"Гонец оторопел, затем сглотнул. Склонив голову, он сжал шапку свою в руках.

- Ныне он на другой стороне служит! Переметнулся на сторону врага вашего, латина Жигимона! – выкрикнул посланник.

Слова те точно не возымели влияния никоего на государя. Едва заметно царь приподнял бровь, глядя на гонца, которого пробила дрожь со страху.

- Повтори. – произнёс Иоанн, плавно взмахнув рукой. – Слабый слух мой с трудом улавливает речь твою.

Посланник поднял взгляд на государя. Губы дрожали, и насилу совладав с собою, слуга собрался с духом.

- Курбский ныне на стороне Жигимона… В княжество Литовское бежал, оставив отечество своё… - повторил гонец.

Иоанн коротко кивнул и жестом дал понять, что полно разговоров. Медленно поднялся государь со своего трона. Бояре, среди коих были и Басмановы, невольно отступили назад – кто на шаг, кто и боле.

Гонец с замиранием сердца следил за каждым шагом царя.

Гробовую тишину разбил резкий удар посоха государева об пол каменный. На звук тот невольно обернулся гонец, отведя голову свою влево. В следующее же мгновение царь со всей силою своей ударил посланника по голове посохом, повалив его на пол.

Фёдор хотел было остановить гнев государев, но Алексей крепко схватил сына своего выше локтя. Юноша боле не противился, глядя как град жестоких ударов обрушились на гонца.

Несчастный силился укрыть лицо свой руками, но то не было защитой. С каждым мгновением тело слуги обретало всё боле и боле страшные увечья. Царь бил его и ногами.

Крики стихли – то знак был, что гонец лишился чувств. Но даже тогда во гневе своём государь не сдерживался. Новые удары вновь и вновь обрушивались на едва живое тело.