Год волка

– Когда я узнала, что вы… ты в одиночку ушел из форта, я не знала, что и делать. Ведь твоя нога… она… ну ты понимаешь. И я сказала леди, а она пошла к коменданту и устроила разнос. Он хотел выслать за вами солдат, но тут началась эта буря и мы не знали, как поступить. Я… – она робко подняла глаза, в их уголках собрались бисеринки слез, – я испугалась за тебя. Зачем… зачем ты пошел один?

– Мне надо было кое-что узнать. Я и не мог подумать, что это займет столько времени. Да еще этот проклятый дождь, – я вздохнул и отвернулся, чувствуя себя виноватым, хотя, по моему мнению, и не сделал ничего пред-рассудительного.

– Друг мой. Карвер рассказал, при каких обстоятельствах вы встретились, – подошедший комендант, потрепал меня по плечу. – Должен признать, что это вверх безрассудства уходить из форта в одиночку, да еще в таком состояние. Знаете, народ у нас и до войны был не особо гостеприимный, а уж сейчас так совсем все ума посходили. Но как говорится хорошо, что все хорошо кончается. Кстати, я уже наказал начальника стражи, за то, что вас выпустили из форта одного.

– Не стоило. Это лишь моя вина.

– Стоило друг мой, стоило. Они солдаты и должны отдавать отчет своим действиям. Вам ли не знать мой друг, вам ли не знать, – он снова доброжелательно похлопал меня по плечу. – Ладно, хватит разговоров. Темнеет, а вы промокли до нитки. Я распоряжусь, чтобы вам в комнату принесли сухую одежду. А после прошу вас зайти ко мне в кабинет, и мы обсудим, что вас побудило покинуть форт в одиночку.

После этих слов комендант ушел, увлекая за собой Карвера, о чем-то настойчиво его расспрашивая. Мы остались вдвоем с Мари. Девушка вызвалась сопроводить меня до моей комнаты. Оказавшись там, я обнаружил уже принесенную сухую одежду и деревянную бадью с водой. Мари ушла, оставив меня наедине с самим собой. Я скинул с себя мокрую одежду и с удовольствием поплескался в воде. Потом, одевшись в сухое, сел в кресло. За окном становилось темнее. Дождь лил не переставая. Левая нога нещадно ныла, и я вытянул ее вперед, поудобнее устраиваясь в кресле. На меня накатила внезапная усталость, накопившаяся за этот длинный день. Мне так хотелось лечь в постель и уснуть, но от приглашения коменданта было отказываться как минимум невежливо. Пришлось заставить себя встать.

Кабинет коменданта находился на третьем этаже, а это значило что мне предстояло подняться по лестнице вверх, что не вызывало у меня радости. Но выбора не было. Постучавшись в дверь коменданта, и получив разрешение войти, я оказался в довольно просторном помещение.