Год нашей любви

Но что-то в тоне ее голоса подсказало: на самом деле она получает от происходящего удовольствие.

Я был в полном дерьме. И полностью по собственной вине.

Набравшись мужества, я провел большим пальцем под краем оберточной бумаги подарка Кори, разорвал ее и снова поднял глаза:

– Ого, ты раздобыла мне новые «Крутые клюшки»?

– Теперь я непобедим!

– Я тебя умоляю, – сказала Кори. – Не обольщайся. – Глаза ее сверкнули точно так же, как в старые добрые времена.

Стейша хмурилась над своей тарелкой, демонстративно храня молчание.

– О господи, – сказала Дана, когда мы пришли домой. Она понизила голос, чтобы нас не было слышно из коридора. – Это было нечто.

Я переместилась из кресла на диван.

– Подтверждаю, было весело.

– Ты безжалостный соперник. Я и не представляла…

– Дело даже не в этом… – прервала ее я.

Если бы мне выпал второй шанс, я бы не стала покупать игру для Хартли. Приглашение играть в хоккей прямо противоречило принципам операции «Забыть Хартли».

– У тебя отличное чувство юмора, – хохотнула Дана. – И ты видела ее, когда он сказал, что не пойдет на вечеринку? Еще чуть-чуть, и она принялась бы топать ногами.

– Я знаю, – прошептала я, качая головой. – И все же он по-прежнему с ней.

С минуту мы молчали. Дана подошла и села рядом, подсунув под себя ноги на турецкий манер. Я тоже так умела когда-то.

– Знаешь, что я думаю? Я думаю, все будет хорошо, так или иначе.

– Ну, либо Хартли осознает, что он дурак, если встречается с ней, и не важно, насколько она внешне привлекательна. Это именно то, что, я надеюсь, непременно случится.

– Либо тебе станет безразлично. Если честно, она делает его менее интересным. Раньше вы болтали, когда ужинали, а теперь молчите, поскольку она не хочет, чтобы он был собой. В то же время тебе может попасться другой парень – из тех, кто слушает собственное сердце.

– Было бы неплохо, – сказала я.

Можно было не спрашивать

Пару дней спустя я сидела за столом в своей спальне и готовила работу для шекспировского класса.

– Каллахан? – В дверном проеме вдруг возник Хартли.

Мой подбородок дернулся, и я посмотрела в его сторону.

– Как дела, Хартли? – Я услышала радость в собственном голосе и почувствовала, как все мое тело подалось вперед.

Хартли вошел в комнату, потирая руки.

– Пойдем куда-нибудь в пятницу вместе? Только мы вдвоем?

Мое сердце было готово выскочить из груди от радости, но я призвала его к порядку. Отвернувшись к экрану компьютера, я сказала:

– Извини – я не могу. У меня игра.

– Что? – Он пересек комнату и встал между моим стулом и кроватью.

– Игра, – повторила я. – Водное поло в тюбингах. Это такой спорт.

Хартли схватил мой стул за спинку и крутанул так, чтобы увидеть мое лицо. Он сел на кровать, так что наши глаза оказались на одном уровне.