Четвертый год

Лишь простояв в напряженной стойке несколько мгновений, понял, что это всего лишь дождь, а не убийцы.

Помедлив, решил продолжить сон. Все и так были готовы к дождям, и отдавать дополнительные срочные распоряжения смысла не было.

Поспать не дали, в дверь настойчиво заколотили.

Влез в штаны, на рубаху накинул кольчугу, сверху завернулся в плащ из шкуры волка – мало ли что. Держа руку на рукояти кинжала, подошел к двери:

– Кто там?

– Монах, это я, Серго. Олег примчался, говорит, новости у него срочные.

Секунду поколебался: открывать или нет? Вдруг это ловушка? Хотя если предал Серго, то что ни делай, все без толку – конец неизбежен.

За дверью стоял Серго, рядом с ним замер Олег. Оба мокрые настолько, что вода уже не впитывается в одежду – стекает с них ручьями.

– Заходите в избу. На вас сухой нитки нет.

Серго, оправдываясь, заявил:

– Мы от берега скакали на лошадях. По такой погоде это было некомфортно.

Олег молча прошел к печке, протянул над ней руки, с досадой буркнул:

– Не горячая.

– А я не неженка – люблю в прохладе спать. Говори, что случилось?

Олег, собираясь с мыслями, произнес:

– Надеюсь, еще ничего. Но ваша идея с отражением главного удара в этом месте неудачна.

– Не лучшее время обсуждать мои планы…

– Я не обсуждаю. Я был на островах, видел костры хайтов и самих хайтов.

– И?

– На три костра там один хайт. Инвалиды и триллы. Заняты тем, что жгут эти костры. А для особо любознательных там расставлены чучела из соломы и камыша. Сотни или тысячи чучел. Красота… Кстати, кораблей там нет и не может быть даже теоретически – среди этих мелей им не пройти.

– Интересные новости.

– Да. Мы уже сообщили в поселок – там теперь вызывают Кабана. Думаю, главный удар как раз по нему придется. У него меньше сотни человек, пара сотен ваксов и со стороны реки «Арго» поддерживает. С такими силами лезть в бой бессмысленно, я бы на его месте тупо отошел на соединение с нашими основными силами.

Монах поднял руку, выставил палец вверх:

– Дожди пошли. Тропы раскиснут за эту ночь, быстро передвигаться теперь не сможем. Если поднимем армию с утра, до вечера добраться до имперской дороги не сможем. Да и ночевать в чистом поле при такой погоде – это значит ослабить свои силы. Так что ночевка будет в крупной деревне, и к Измаилу дойдем не раньше следующего полдня. Хайтам тоже радости мало будет – берег там для массовой высадки не слишком удобен, и это их хоть немного задержит. Что именно ты просил передать Кабану?

– Я просто просил передать ему новости, а дальше пусть действует на свое усмотрение.

– Я бы на его месте закрылся в Измаиле – уж за день хайты его точно штурмом не возьмут.

– Кабан сам решит, что ему делать. Я возвращаюсь на корабль. С рассветом пойдем вниз, к имперской дороге.