Год 1985. Ваше слово, товарищ Романов

И вместе с ним ушли мистер Романов и все новоназначенное Политбюро, очевидно, для того, чтобы получить от нового господина самые верные и точные инструкции, о которых нельзя было говорить вслух в присутствии рядовых членов их Центрального Комитета.

— А почему вы об этом не докладывали раньше? — спросил Рейган. — Ведь это важнейшие сведения, которые могут иметь первостепенное значение!

— Мистер президент, как мы могли докладывать сведения, которые выглядели, словно их взяли из плохого фантастического романа? — ответил Джон Макмэхон. — Это сейчас стало ясно, что от мистера Сергия можно ожидать чего угодно, а прежде эта история казалась бредовым вымыслом чьего-то больного ума. Подумать только: супергерой, способный оказаться в любом месте по своему желанию, воскресшие покойники и другие чудеса в стиле мистера Берроуза…

— Вы еще даже представления не имеете о том, кем мистер Сергий может оказаться на самом деле, — проворчал госсекретарь Шульц.

— Ну что же, говорите дальше, если уж начали, Джордж, не томите нас бесцельным ожиданием, — устало произнес Рональд Рейган. — Впрочем, в последнее время на нас свалилось столько страшных чудес, что еще одно явление по этой части вряд ли сможет потрясти хоть сколь-нибудь сильно."

"— О таком явлении, мистер президент, вы еще не слышали, — сказал Шульц. — Когда я намеревался прикрикнуть на эту гадкую и предерзостную Саманту Смит, обозвавшуюменя закоренелым лжецом, мистер Сергий вдруг буквальным образом вышел из себя. Точнее, не так. Это из нашего потустороннего врага, гораздого на разные чудеса, наружу вышло нечто архангелоподобное, из-за чего помещение, в котором мы находились, затопил ярчайший неземной свет от ярко сияющего нимба и нечеловеческих глаз. При этом за спиной у мистера Сергия развернулись белоснежные крылья, а голос стал таким громким, что закладывало уши, и звучал он откуда-то сверху, а не как обычно у людей. А еще в тот момент отчетливо запахло миррой и ладаном, вперемешку с озоном, а когда наступала тишина, становился слышен звук метронома, будто бы отсчитывающего последние секунды до Конца Света… Ощущение своей ничтожности и греховности при этом было столь жутким, что казалось, я умру прямо на месте. Однако и в том, что изрек громыхающий с небес голос, для нас всех тоже не было ничего хорошего. Мороз по коже… Было сказано, что все мы закоренелые лжецы, и в силу этого не заслуживаем ни доверия, ни снисхождения. Затем мне сообщили, что все мы будем гореть в аду, а для вас, мистер президент, вечные муки начнутся еще при жизни… А после этого от меня потребовали убираться вон, в самых грубых выражениях.