Изменить 6-го

— Ты почему здесь? — Перед глазами все плыло. Я кое-как принял сидячее положение и убрал со лба мокрую прядь. — А я почему здесь?

— Я тебя притащил. Ты вырубился днем в школьном сортире. Ифа тебя нашла и позвала меня. Радуйся, что Найен тебя не застукал, иначе конец.

— Днем? — Мысли путались, сердце бешено колотилось. — А сколько времени? — Я затряс головой. — Где Ифа?

— Начало третьего.

— Дня?

— Нет, чел, ночи, — сокрушенно вздохнул Подж. — Ты провалялся в отключке десять часов. Поэтому повторяю, если до тебя не дошло с первого раза: какого хрена, Джоуи?

Господи Исусе.

— Не знаю. — Я с трудом поднялся и снова откинул с лица влажные пряди. — А почему у меня волосы мокрые?

— Мне нужно было как-то тебя разбудить. — Подж метнул в меня пустую бутылку. (Я не стал уворачиваться и получил пластиком по лбу.) — Ты вообще не подавал признаков жизни. Я уж испугался, что ты умер.

— Как видишь, не умер.

— На сей раз, — парировал Подж, запустив пальцы в волосы. — Блин, и давно ты снова подсел?

— Ну сорвался разок, бывает.

— Не гони!

— Подж, отвянь, — буркнул я. — Сам знаю, что накосячил. Еще не хватало мне твоих нотаций.

— Судя по выражению лица Ифы и количеству пролитых ею слез, накосячил — это мягко сказано.

Я моментально застыл, насторожился.

— Ты о чем?

— Можно подумать, тебе интересно хоть что-то, помимо наркоты.

— Подж, да объясни нормально!

— Объясняю: ты серьезно налажал со своей девушкой, — свистящим шепотом сообщил он, вскакивая на ноги. — Не знаю, что именно ты с ней сделал и какой херни наговорил, но я в жизни не видел ее такой убитой.

— В смысле?

Цепенея от страха, я вытащил мобильник, но не обнаружил ни единого сообщения от Моллой. Попробовал набрать ее, но звонок переключился прямиком на голосовую почту.

— Господи Исусе, что я натворил?

Подж скрестил руки на груди и сурово посмотрел на меня.

— Вот ты мне и скажи.

— Если бы я знал, ни хрена бы не спрашивал, — огрызнулся я, нарезая круги по комнате. — Говоришь, она плакала? — Я в панике уставился на друга. — Я ее обидел?

Подж устремил на меня пристальный взгляд и наконец отрешенно покачал головой.

— Нет, Джо, не обидел. По крайней мере, в физическом плане. Ты пальцем ее не тронул, чел, и никогда не тронешь, поэтому расслабься.

Порывисто вздохнув, я привалился к стене и с минуту приходил в себя.

— Твою ж мать.

— Она тебе очень дорога, — констатировал Подж, внимательно наблюдая за мной. — Дороже всех на свете. Я видел, как сильно ты изменился. И Алек тоже. Благодаря Ифе у тебя появилась надежда. Блин, эта девушка сотворила с тобой чудо, тебе любой подтвердит. Но ты настолько зациклен на саморазрушении, что в упор не замечаешь, как она страдает.