Гнездо Седого Ворона

 — Не говорил ли вам Видящий Путь, что сейчас вам лучше остаться здесь?

— Нет, — хмуро отрезал Лешага.

— Очень жаль, — лицо главы селения как-то вдруг потускнело, стало почти мертвенно-бледным. — Тогда, — проговорил он, — вам и впрямь лучше забрать Лил с собой.

Леха с удивлением поглядел на отца подруги.

— После нашего ухода, — пояснила девушка сдавленным голосом, — в селении произойдет что-то ужасное.

— Что именно? — насторожился Лешага.

— Никто не может сказать точно, но таково было видение Глядящего Вдаль. А от него, увы, не дождешься уточнений.

— Это правда, — возвращаясь мыслями к помосту над пропастью, кивнул воин.

Верхнее зрение его уже показывало пустынные лесные чащобы почти на день пути. Лишь непуганое зверье да птицы, озабоченные повседневным добыванием пищи и выведением потомства. Тишина и умиротворение. Но часто видимость обманчива. Он вспомнил железное жерло люка под мирной полянкой — распахнутую глотку, едва не проглотившую бесследно его женщину.

Если Глядящий Вдаль предсказывает надвигающуюся опасность, он знает, о чем говорит. Стало быть, ему — ученику Старого Бирюка — надлежит взглянуть за грань видимого, распознать не только действие, но даже замысел его. Если опасность следует по пятам, то, может быть, именно с той стороны необходимо искать крадущегося врага. Леха постарался распространить свое видение как можно дальше. Да, так и есть. Испуганные птицы. Они вились, не решаясь опуститься на ветви, в нескольких часах ходьбы от того места, где они с Лилией решили свернуть в селение.

* * *Пуля сбила ветку над головой Марата. Следующая глухо тенькнула, вгрызаясь в древесный ствол.

— Ложись! — закричал чешуйчатый, падая наземь и судорожно пытаясь нащупать рукоять автомата. Та словно пряталась от него.

Кричать было излишне. Смиренные братья хорошо знали свое дело. Они в мгновение ока рассыпались полукольцом, стараясь укрыться за деревьями и наметить себе цели. Лишь те двое, что несли миномет, замешкались, и тут же поплатились за это.

Марат краем глаза уловил, что они живы, но затянись схватка на каких-то триста вдохов, и им уже не помочь. Кровь хлестала из ран, как вода из пробитого ведра. Но монахи силились блюсти молчание, чтобы не отвлекать собратьев по оружию. В этот момент рукоять, наконец, обнаружилась, и драконид выставил оружие перед собой, передернул затвор и выстрелил невесть куда, невесть в кого, в ответ на огненную вспышку.

«Итак, только пятеро! — мелькнуло в голове. — Был бы здесь Лешага, он бы точно знал, что делать. А скорее всего, не попался бы в эту западню!»

Он снова выстрелил. Скорее для собственного успокоения, чем в цель. Руки тряслись, точно никогда прежде не приходилось участвовать в перестрелке.

«Надо успокоиться.