Виктор Глухов

— Стража городская, мы их мусорами зовем, — ответил я.

— Это где их так кличут? — откликнулся один из слушателей.

— У нас, на юге, — придумал я.

— А ведь точно парень подметил. Подходит им погоняло. Что скажешь, Туз?

— А ты, значит, не убивал горожан? — спросил тот, кого назвали Тузом.

— Нет, я еще маленький, — шмыгнул я носом.

— А порядки наши откуда знаешь? — склонил он голову набок, с усмешкой на меня посматривая.

— Пришлось познакомиться. — Я опустил глаза в пол.

— Кого знаешь? — продолжался допрос.

— Да немногих. Ничего серьезного. Безухого знаю, — стал я вспоминать мелких бандитов в порту, о ком мне поведали мои знакомые грузчики. Свона еще. Бороду-трактирщика (он был скупщиком краденого), только этих.

Сидящие двое рядом со мной переглянулись.

— Сиди, студент, рядом, не бойся, не обидим. Прописку прошел. В карты играешь? — покровительственно сказал старший.

— Научите — буду, — согласился я. Сидеть мне было скучно.

— Игра простая. В колоде четыре масти — черные, красные, зеленые и желтые. Один раздает всем по четыре карты. Выигрывает тот, кто набрал больше карт одной масти. Две карты можно сбросить и взять из колоды.

— А если у всех одинаково? — поинтересовался я.

— А на картах цифири. У кого в сумме больше, тот и выиграл. И еще, если кто-то говорит «втемную» — банк удваивают, а карты не смотрят при раздаче. На интерес не играем. Понял?

— А если у всех цифири одинаковые? — не успокаивался я.

— Тогда тоже банк удваивается, и раздаем заново, понял? — спросил Туз.

— Понял, могу заложить кандалы, — весело сказал я.

Старший стал смеяться:

— Ну, студент, насмешил. Такого добра тут много, и его в ставки не принимают. Штаны у тебя хорошие, вот их поставить можешь.

— Я штаны, а вы что ставить будете? — Мне было интересно.

— Я дилу поставлю, — сказал Туз.

— Штаны серебряк стоят! — возмутился я.

— Пусть будет серебряк, — согласился второй. — Я тоже играю. — Он положил серебряную коронку на пол между нами.

Туз пожал плечами и выложил две монеты по пятьдесят дил.

— Сдавать будешь? — подал он мне карты.

— Буду, — не стал я отказываться.

Включилось ускорение, разложил карты как надо и стал сдавать. Неумело и неловко. Глядя на мою сдачу, Туз только кривился. Он сбросил две карты. Опять включилось ускоренное восприятие. В широких рукавах его рубашки была еще колода, из нее он взял довольно ловко и незаметно две карты. Второй играл на него. Сбросил карты и сказал:

Я поменял Тузу карты, которые он положил перед собой, и выпал в нормальное состояние.

— Ну что там у тебя? — спросил Туз.

— Вот три черных, — с гордостью выложил я свой расклад.

Картежник с ухмылкой стал открывать свои карты по одной. По мере открывания выражение лица его менялось. Он открыл четыре разномастные карты.