Виктор Глухов

Он непонимающими глазами посмотрел на меня. Потом в его взгляде появилась осмысленность, и он заревел:

Понимая, что шутки закончились, я бросился вон из здания отстойника. За мной следом выскочил смотритель, по дороге подхватив какую-то палку.

«Да что же это такое? Мне постоянно приходиться убегать и быть посмешищем в глазах других», — думал я, пробегая мимо удивленно смотрящих на нашу погоню снежных эльфаров. Я остановился, вытянул руки ладонями вперед и покаянно сказал:

— Мастер, я признаю свою ошибку, но вспомните, вы сами попросили показать заклинание. Давайте лучше сейчас вы пойдете и помоетесь.

Дед остановился, бросил палку и исчез в телепорте. Я перевел дух.

— И что это сейчас было? — спросил не к месту оказавшийся здесь Аре-ил.

Я махнул рукой и, не оглядываясь на ехидную рожу снежного эльфара, быстро сказал:

— Не обращай внимания, просто научный спор, — развернулся и ушел.

Вдруг проявилась Шиза.

— Я уйду от тебя и заберу малышей, если ты не изменишь своего поведения. — Ее тон был безапелляционным.

— Слышь, ты, боец невидимого фронта! Ты мне не жена, и общих детей у нас нет. Собралась уходить — скатертью дорога. Только ноги отрасти сначала или крылья, — не на шутку разозлился я.

— Солдафон, — обругала Шиза и замолчала.

Два дня смотритель со мной не разговаривал, забирал бутылки и уходил. Я прекратил свои опыты.

На четвертый день я просто бродил по комплексу и нашел лабораторию. Она давно была заброшена, это было видно по тому, что везде лежал толстый слой пыли. Просто из любопытства я полазил по шкафам, заглянул во все ящики столов.

— Можно улучшить систему очистки отстойника, — получил я сигнал от Шизы. Видать, ей тоже надоела молчанка.

— А давай! — согласился я. Просто слоняться среди запахов отстойника мне уже до чертиков надоело.

Собрав нужные реактивы по указанию Шизы, я провел ряд действий по выращиванию бактерий, пожирающих фекалии. Собрав в колбу выращенную культуру, пошел к отстойнику. Чего я не знал — это сколько раствора нужно вылить. Поэтому рассудив, что хорошего много не бывает, взял и вылил все. Потом бросил туда же пузырек, на дне которого остался осадок.

Занимаясь научной деятельностью, я убил полдня.

После обеда, как всегда, мимо меня прошел маг. Обратно он вылетел как стрела, вонючий и перемазанный фекалиями. Он силился что-то сказать, но только открывал рот и отплевывался. Потом махнул на меня рукой и понесся по аллее.

— Да что же там случилось? — Я был крайне удивлен.

Осторожно вошел внутрь и обмер. Над отстойником возвышался огромный купол из пены и дерьма. Он как живой шевелился, булькал, лопался и запускал протуберанцы. Видимо, под такой выброс и попал маг, когда подошел поближе.