Глубокое наслаждение

— Хочешь я отдам тебя ему? Я как-то делал для него скульптуру, денег не взял, но он мне остался должен. Могу попросить его доставить тебе удовольствие.

— Нет, Алекс, не надо.

Хватка на шее стала сильнее, Алекс давит на сонную артерию.

— Где Давид?

— Он у меня… у меня дома.

— Что ты с ним сделал?

— Ничего… ничего не сделал, он просто спит.

— Ты не врешь?

— Нет, нет…Алекс…ааа….нет. Я клянусь, что говорю правду.

Еще один точный удар, Виктор оседает на асфальт, некрасиво падает. Алекс быстро перешагивает через него, спешит к своей машине. Маре надо было наказать сильнее, но сейчас на него совершенно нет времени. Эта трусливая гнида еще заплатит ему за потерянные работы и вернет все заказчикам. Репутация пошатнется, упоминания Фархада он запомнит надолго.

— Да, говорите.

— Мы нашли его, — командир службы захвата был немногословен. — Без сознания, но жив.

— Спасибо.

Алекс отбросил телефон, он так долго ждал этого звонка. Устало положил руки на руль и опустил голову. За этот вечер он, наверное, поседел и постарел на несколько лет точно. Он не представлял, что бы делал, если бы с Давидом что-то случилось. Ведь это он втянул его в такие отношения, он показал ему этот мир, полный порока и похоти. Кто угодно из его богатых и избалованных знакомых может ткнуть пальцем в Давида и сказать: «хочу».

Надо как-то сберечь его, оградить от дальнейшего посягательства. Надо дать понять всем, что он его и даже не стоит смотреть в эту сторону. Отпустить и отказаться от Давида, Алекс уже не сможет. От этой мысли даже становилось страшно. Нет, он его не отпустит, никогда не отпустит. Слишком он сильно его любит.

Часть 22

Давид снова проснулся, но этот раз резко, словно от удара, сел на кровати. Посмотрел на руки, они были не связаны, а сам он был накрыт покрывалом. Испуганно осмотрел комнату и с облегчением вздохнул. Он был дома, точнее, дома у Алекса, который давно стал его домом. Он был в их постели, даже это белье, что на ней, они выбирали вместе, два месяца назад.

В окно бил яркий солнечный свет, Давид потер лицо руками, вспоминая последнее, что помнит. Посмотрел на предплечье, был отчетливо виден след от укола, значит, это точно был не сон. Да он еще не впал в маразм или беспамятство, чтобы путать сон и явь."

"Откинул покрывало, посмотрел, что на нем нет белья. Но ничего не смущаясь, пошел искать Алекса. Надо спросить, узнать, как он здесь оказался, что с Маре, хотя его судьба Давила волновала в последнюю очередь. Но надо узнать, как и кто вытащил его из той комнаты изврашенца?

Дойдя до кухни, он остановился у двери. Алекс стоял к нему спиной, на все помещение разносился запах его любимого кофе, на столе была выпечка. Давид засмотрелся, от Алекса трудно было отвести взгляд.