В глубине Великого Кристалла. Все произведения цикла

Но я чувствовал, как натянуты у Сашки все нервы. И спрашивать ничего не стал, сунул тетрадку за брючный ремень и сказал:

— Хорошо. Идем…

— Вы ботинки-то наденьте, — напомнил Сашка.

— Ах ты, черт, в самом деле…

Я обулся, отыскал в темноте пиджак и галстук.

— Держитесь за меня, — все еще хмурым тоном потребовал Сашка. И пошел впереди.

Я держал его за плечо с твердым лоцманским погончиком. Скоро начался склон, покрытый частым кустарником — с мелкими листьями, ягодами и колючками. Судя по всему, барбарис. И не было тропинки. Колючки хватали меня за штаны. Сашка шипел и несколько раз помянул «Ёшкин свет».

— Какая холера тебя тут понесла? Рядом же лестница…

— Нету никакой лестницы…

— Ну что ты споришь! Ты же сам бежал сюда по ней, подошвами стучал!

Сашка сердито усмехнулся в темноте.

— Это было до полуночи. А сейчас… Вы думаете, мы все еще в Кан’Орре?

— Господи, а где?

— Увидим…

— Увидишь тут. Раньше без глаз останешься.

Но заросший склон кончился, мы оказались на ровной каменистой дороге, и тут же позади нас мигнула колючая белая вспышка, бросила сквозь тьму короткий сигнал. Потом еще… Маяк.

Полной тьмы уже не было, мерцали корабельные и береговые огоньки, на каком-то судне зажегся прожектор, с маху рубанул пространство голубым лучом… Но не было и намека на многоэтажное сияние и радужные рекламы Кан’Орры.

— Где мы, Сашка?

— Судя по всему, порт Бугенвиль, Звездная область… Здесь, говорят, где-то таверна «Перекресток»…

Шумная птица опустилась на Сашкино плечо рядом с моей ладонью.

— Пер-рекресток! Скар-рее!.. — При новой вспышке маяка я разглядел, что это большой попугай.

Глава 11. ПУТЬ ЧЕРЕЗ ПЕСКИ

1. Приют капитанов

«Перекресток» — это была классическая таверна. Как в старом романе. Видимо, она действительно стояла на перекрестке навигационных путей. Служила временным приютом для морских, воздушных и, судя по всему, межзвездных покорителей пространств. За сколоченными из длинных плах столами ели, пили и шумели люди в форме всех мастей, а также в костюмах без погон и шевронов, но тоже крайне живописных. Мерцали по углам цветные мигалки, мелькали видеоэкраны, магнитофонная мелодия ритмично расталкивала воздух, а с потолочных балок спускались граненые решетчатые фонари, снятые, видимо, со старых фрегатов. Они своим ровным желтым светом успокаивали, приглушали электронно-современное мелькание и бряканье.

На разлапистой дубовой подставке чернел посреди зала метровый шар небесного глобуса в широкой меди опоясывающих колец и с позолоченными гвоздиками звезд.

— Кр-расота, — сказал на плече Сашки попугай Чиба."

"А я оробел. Остановился на пороге. Место было явно не для хилых интеллигентов и уж, конечно, не для детей. Сашка оглянулся на меня понимающе.

— Ужинать-то все равно надо.