В глубине Великого Кристалла. Все произведения цикла

Только ростом не вышел…

Илюшка опять ткнулся лбом в колени. Он вроде бы не плакал. Но проговорил так, что лучше бы слезами зашелся:

— Я теперь понимаю. Я им вместо игрушки был нужен… А тетя Маша… Если бы я тогда по другой тропинке побежал!..

Солнечный воздух зазвенел пуще прежнего. Будто в напряженном сне. В этом звоне Валентин спросил:

— А если бы вернуться туда, на крыльцо… выбрал бы теперь правильную тропинку?

— Еще бы… — выдохнул он.

«Вот и все, Валечка. Хотел убежать?.. Ты не мальчик, ты свою тропинку выбрал не по детскому недомыслию…»

— Встань, Илья, — резко сказал Валентин.

Тот метнул мокрый от слезинок взгляд — удивленный, с капелькой надежды. Послушно поднялся.

— Оденься… Женя, дай ему его одежду…

Илюшка торопливо натянул майку, шорты, носки, задрожавшими пальцами застегнул сандалии. Не разгибаясь, глянул с мучительным вопросом.

— В какой день это случилось? — хмуро спросил Валентин. — Когда ты побежал… не туда…

— В конце мая… двадцать девятого числа.

Валентин прикинул в уме. Получалось в самый раз: два лунных месяца. Случайность? Или опять все предопределено?

Уже совсем по-иному, мягко, Валентин проговорил:

— Сейчас вернешься обратно, Илюшка. В тот день… А там уж смотри, не ошибайся больше…"

"Илюшка улыбнулся грустно, без надежды:

— Сказок не бывает…

— Бывают… То, что ты летал, разве не сказка?

— Нет… Это экран гравитации…

— А это… обратный темпоральный вектор… Чука, надо ему читать заклинание?

— Не надо, — со стороны отозвался чука. — Ты прочитал, и ладно… Пускай рыбку сожмет. Чтобы, значит, хрустнула…

— Смотри, Илюшка. — Валентин, дважды крутнув, положил на его ладонь рыбку (она опять глянула понимающе, трепыхнулась хвостиком). — Зажмурься, рыбку сожмешь изо всех сил. Тут уж ничего не поделаешь, надо… И сразу будешь там… Это критта-холо, талисман обратного перехода…

Незнакомый термин, видимо, убедил Илюшку. Может, и не до конца, но все же… Он посмотрел на Валентина, на Женьку, на чуку (без удивления). На рыбку. Нерешительно сжал пальцы, закрыл глаза. Постоял, замерев… И раскрыл ладонь.

— Я не могу… Она живая…

— Надо, Илюшка. Иначе нельзя. Стисни зубы и…

— Но она живая! — с надрывом сказал Илюшка.

— Попробуй еще…

Илюшка опять спрятал рыбку в кулаке. Мучительно зажмурился… Чука подковылял, встал рядом.

— Кха… Не получается у мальчика. Сердчишко не то…

— Что же делать? — со стоном сказал Валентин.

— Сделать… кха… можно. У вас ведь колечко…

— Ну и что?

— И большое кольцо есть… Лучше бы тоже медное, да уж ладно. Вы его только обратно в круг превратите…

Валентин сперва не понял. Но Женька сразу метнулся, начал срывать с дюралевого обруча алые лоскуты.

— Дядь Валь, дай ножик!

Складным ножом он срезал все клочки. Поставил обруч торчком.