В глубине Великого Кристалла. Все произведения цикла

— Возьмите, здесь еда… Для себя собирал… И мотайте из вашего лагеря! Как можно быстрее! Скоро будет поздно! — Синие глаза парнишки резко блестели в пыли и загаре. — Уходите прямо сейчас, через болото! Там нет постов…

Волна вопросов готова была выплеснуться у Валентина. Однако он видел: парень «на нерве», вот-вот нажмет на педаль.

— Спасибо, служивый… Только скажи там своему капитану, что мы все равно…

— Да ничего я не скажу, я к ним не вернусь! А вы срывайтесь немедля!.. — И умчался напролом в березняк.

Валентин подхватил рюкзак, сунул руки под лямки.

— Жмем, Юрик…

И они нажали.

3

Слова дезертира «скоро будет поздно» засели в голове колючей щепкой. И все следующие действия Валентина диктовались только этим: непонятной, но близкой опасностью. Он был уверен, что солдатик не соврал…

— Шамиль! Собери всех… Немедленно!

Сбежались, столпились. Поняли: что-то неладно.

— Ребята, я принес еду, но сейчас некогда. Уходим! Сию минуту! Кто знает тропинки через болото — вперед!..

— А шмотки-то! — удивился Ласьен. — Здесь бросить?

— Куртки возьмите. А остальное потом заберут… Автобус придет… — Неизвестно было, сколько шагать, не до багажа тут…

— А куда пойдем? — спросил Шамиль.

— Главное — подальше. Так велено. Перейдем болото, будет видно…

— Разве ж его перейдешь… — вздохнул Кудрявость Номер Один. Больше, однако, никто не спорил.

…Шамиль пошел первым. Валентин замыкал цепочку, которая протянулась по тропинке среди рогоза и поросших осокой кочек. Перед ним шел Сопливик, а впереди Сопливика — Юрик.

Минут через пятнадцать Шамиль нерешительно остановился.

— Здесь теперь две тропинки. Я не знаю, по какой лучше…

И неожиданно двинулся вперед Сопливик. Раня ноги о режущие листья, обошел всех, стал рядом с Шамилем.

— Я знаю. Если через все болото, надо вот тут, по левой!

— Ну его, он нас утопит, — заявил приятель Ласьена Сенчик.

— Помолчи, Сено-Солома, — сказала Алена. — Женя, веди.

И Сопливик повел. Все дальше и дальше в болотную пустошь."

"Высоко поднялось и пекло солнце. Нудно зудела невидимая мошкара. Не очень кусалась, но противно липла к лицу. Чавкало под ногами, иногда они увязали по щиколотку. Прыгали из-под ног не то лягушата, не то еще какие-то мелкие создания. Настюшка боялась и наконец объявила, что хочет обратно.

— Куда обратно-то, — сказал Крендель. — Гляди, лагеря почти не видать.

Все стали, оглянулись. Нет, лагерь был еще виден — в большом отдалении, за верхушками камыша и редкой ольхи… И вдруг донесся оттуда негромкий, повизгивающий звук моторов. Над постройками возникла (будто родилась прямо в знойном струящемся воздухе) пятерка вертолетов. Издалека они были похожи на летящих кузнечиков. Под каждым «кузнечиком» появились клубы лимонного дыма. Потянулись тяжелыми и распухающими колбасами.