Глазастая, ушастая беда

Пошел ночью в туалет и услышал тихий плач Розалии, та умоляла кого-то:

– Очень прошу, не говорите ничего Юрию. Я найду деньги. Подождите.

Похоже, на том конце провода отказались ждать. Мама зарыдала, парень влетел в ее спальню и спросил:

– Что творится? Рассказывай немедленно!

Розалия Львовна закрыла лицо руками.

– Нет! Ты уйдешь!

– Куда? – оторопел сын.

– Не знаю, – зарыдала госпожа Шлаг, – сбежишь из дома! Разлюбишь меня!

Истерика закончилась обмороком. Перепуганный сын вызвал «Скорую», мать с гипертоническим кризом увезли в клинику.

Через неделю кардиолог попросил Юрия приехать и осведомился:

– В вашем окружении есть человек, которому очень нужны деньги? Родственник, подруга госпожи Шлаг?

– Нет, – ответил Юра, – я единственный ребенок, братьев, сестер у меня не было. Друзей мамы можно по пальцам пересчитать, все они нормально обеспечены. Почему вы интересуетесь?

– К больной подключены аппараты, – стал объяснять эскулап, – они фиксируют давление, сердцебиение. Нам удалось привести показатели в норму. Но! Раз в день, примерно в двадцать часов, у Розалии наблюдается резкий скачок, такой, что автоматически срабатывает вызов медсестры. Давление сто восемьдесят на сто двадцать. Пульс сто сорок. Я не мог понять, в чем дело. Розалия Львовна лежит в двухместной палате. Ее соседка – Елена Ивановна, врач-психиатр. Женщины нашли общий язык. Елена Ивановна видит, как Шлаг становится в восемь вечера плохо. Вчера она пришла ко мне и сообщила:"

"– Каждый день незадолго до отбоя Розалии кто-то звонит. Она выходит разговаривать в предбанник, туда, где туалет, беседует тихо. Но я кое-что слышу и поняла, что кто-то требует у Шлаг деньги. Она обещает их отдать, когда выйдет из больницы, возвращается в палату, ложится, и вскоре ей становится дурно. Думаю, давление у соседки повышается из-за общения по телефону. Заберите у нее мобильный и посмотрите, что произойдет в восемь вечера.

Кардиолог попросил Шлаг отдать ему свой телефон, придумал, что хочет проверить излучение, которое исходит от сотового. И что? В двадцать с минутами у Розалии слегка подскочило давление, но тут же пришло в норму. Медсестра ей не понадобилась. Возможно, Розалия Львовна ожидала неприятного разговора, от одной этой мысли ей стало нехорошо, но потом больная вспомнила, что трубки у нее нет, и успокоилась.

– Вам надо выяснить, кто нервирует вашу мать, и избавить ее от этого человека, – объяснил кардиолог.

Глава 24

Юра насел на маму, и та после долгих уговоров рассказала ему правду:

– Я тебя никогда не рожала. У меня были проблемы со здоровьем, они не позволили мне забеременеть.

Молодой человек ожидал чего угодно, но только не этого.

– Я не твой сын? – обомлел он.