Глаз Пернатого Змея

— Говоришь, она была сильно напугана? — спросил Леня, выслушав содержание плодотворной беседы с уборщицей.

— Ага, и говорила, что ищет новое место работы…

— Тогда я знаю, как поступить. Лолка, как ты считаешь, какая фамилия лучше подходит человеку из очень серьезной конторы: Орлов или Коршунов?

— А ты в каком чине собираешься быть? — Лола сразу же осветила проблему с нужной стороны.

— Ну, я думаю, что майор подойдет…

— Тогда Орлов не годится, — решительно заявила Лола. — Орлов, Коршунов — это для генералов, самое меньшее — для полковников, такие фамилии раньше в старых советских фильмах были. Ястребов, вот, пожалуй…

— Ястреб маленький, несолидный… — заупрямился Леня.

— Ну, тогда Кречетов, — Лола устала и хотела поскорее отвязаться, поэтому не спорила.

— Ты что? — возмутился Леня. — Кречет — это же петух! Ты еще Курочкиным меня назови или Уточкиным… Совсем уже!

— Ленька, твое невежество иногда меня поражает! Петух — это кочет, а кречет — это такой орел. Или вот еще можно Стрепетов, хорошая птица, большая, в степи живет.

— Ладно, пускай будет Кречетов…

Лола пожала плечами и ушла к себе. А Леня позвонил в пару мест и договорился, что завтра утром заберет удостоверение сотрудника очень серьезной конторы. Очень стараться не нужно, удостоверение ему понадобится на один раз.

На следующее утро Леня вышел из дома рано, когда все его домочадцы сладко спали. У него было намечено много дел.

Бухгалтер фирмы «Аванпост» была женщиной дисциплинированной, на работу не опаздывала.

Без пяти десять Леня, дежуривший около того самого бизнес-центра, увидел, как она подходит к дверям. Леня без труда узнал Наталью по описанию Лолы.

— Гражданка Карасева? — окликнул Наталью строгий мужской голос.

Она повернулась и увидела перед собой довольно молодого мужчину совершенно незапоминающейся наружности. Одет мужчина был в безликий серый костюм, сероватую рубашку, и галстук тоже был серый. Волосы светлые, ничем не примечательные, единственное, что обращало на себя внимание, — это глаза. Взгляд их был одновременно и равнодушный и пронизывающий, в свое время Леня долго тренировался, чтобы выработать такой взгляд.

— Это вы — Карасева? — еще раз спросил он.

— Ну да… — Леня видел, как в глазах у бухгалтерши мечутся искорки страха, — а что такое?

— А то, Наталья Павловна, — Леня подошел ближе и оттеснил ее от двери, — а то, что не дело это — так себя вести.

— Да о чем вы? — лепетала Наталья.

— О том, что не дело это — так с сотрудниками нашими обращаться. Выгнали, можно сказать, девушку вчера в шею, грубо разговаривали. Она — молодой сотрудник, неопытный, хорошо, сразу ко мне обратилась, не стала рапорт писать…

— Чего вы от меня хотите? — обреченно спросила Наталья.