Глава рода

Осознав, что все усилия тщетны, юная дворянка громко разрыдалась.

Боже, дай мне терпения.

Я молча направилась к рабочему столу. Под напряженными взглядами супругов села в кресло. Посадив тушканчика на колени, устроилась поудобнее. А после ровным тоном сказала:

— Добрый день.

— Почему ты не в монастыре? — недовольно поинтересовался Антон Леонидович и нервно дернул шеей.

Положив руки на столешницу, я нарочито медленно переплела пальцы. Как только взгляды «родственников» уперлись в перстень, ровным тоном сообщила:

— Мне там делать нечего.

— Вздорная девчонка, где ты взяла эту жалкую подделку? — грозно поинтересовалась боярыня. — Все еще не желаешь расстаться с мечтой стать главой рода? Ты что, не понимаешь, какой позор падет на наш род, когда узнают о твоем мошенничестве? Немедленно сними эту гадость!

— А я тебя предупреждал, — многозначительно бросил Антон Леонидович.

Внезапно он быстро подошел ко мне. Схватив правую руку, вцепился в палец. Однако, едва прикоснулся к кольцу, то конкретно так полыхнуло.

Ничего себе спецэффекты. Буду знать.

Я едва сдержала улыбку, увидев, как «отчима» перекосило. Шустро отпрыгнув от стола, перепуганный мужчина облизнул пересохшие губы.

— Оно не может быть настоящим, — пробормотал он шокировано. Однако на всякий случай попятился.

Как таракан. Такой же усатый, мерзкий и трусливый.

Остановившись у шкафа, Антон Леонидович поправил сбившийся шейный платок. Засунув руки в карманы халата, надменно хмыкнул.

— Анфиса, твоя дочь держит нас за дураков. Ее источник поврежден. За несколько дней его невозможно вылечить! Она не могла пройти испытание. Перстень — фальшивка!

Из приоткрытого окна подул ветер. Громко закаркала ворона.

Опять эта птица. Заняться ей что ли нечем?

Поглаживая зверька, я поймала взгляд «отчима». Тот испуганно сглотнул.

— Вынуждена вас разочаровать, — мило улыбнулась. — Я действительно являюсь главой рода.

— Твою ложь легко опровергнуть, — ледяным тоном информировала боярыня Апраксина.

Подойдя к стойке с телефонным аппаратом, Анфиса Тимофеевна сняла трубку. Монотонный гудок разнесся по комнате.

— Мамочка, я не хотела управлять родом. Даже в мыслях не было, — протяжно завыло привидение. Внезапно полупрозрачная фигурка взмыла в воздух, метнулась ко мне. — Сними этот дурацкий перстень! Прочь! Уходи! Ты чужая!

Совсем с катушек слетела.

Прикрыв глаза, я воссоздала перед внутренним взором картину «морозного узора» и негромко сказала:

— Угомонись.

Вопли мгновенно прекратились. Полупрозрачная девичья фигурка застыла в одной позе.

С тобой, похоже, по-другому нельзя.

— Что⁈ Да как ты смеешь? — послышался гневный голос опекуна.

Упс. А ведь мое «угомонись» прозвучало двусмысленно.

Ворона на улице вновь душераздирающе закаркала.