Гладиатор. Возвращение

На разных чашах весов, полюсах, планетах. И единственное, что нас связывает - вот этот мужчина, который, видимо, по какой-то ошибке выбрал меня.

Выбрал, влюбил, влюбился и, обходя этот чужой элитный магазин, держит за талию так, словно верит, что я настоящее сокровище.

Но ни меня, ни Полину не проведёшь. Обе мы знаем, как сильно он ошибается. Особенно она.

И, как никогда, в этой роскоши я чувствую себя фальшивкой, китайским золотом, которое только блестит, как настоящее, а по сути - сплав меди и какого-то щёлочноземельного мусора из таблицы Менделеева.

Меньше всего этот винный дом похож на магазин. Скорее на старинный замок с картинами, витражами, каминами и видами в украшенных портьерами окнах одновременно и на настоящую шумную улицу столицы, и на английские вересковые поля, и на Эйфелеву башню, и на каналы Венеции.

Но, двигаясь вдоль антикварных шкафов с бутылками, дубовых бочек на треногах, деревянных лотков с книгами, плетёных корзин и ваз с фруктами, мимо холодильников с закусками и застеклённых витрин с особо ценными винтажами, я вижу только восхищённый взгляд Берга и снисходительную улыбку Полины.

И меня тошнит от её осанки, от ямочек на щеках, от мягкого голоса и в буквальном смысле начинает выворачивать у витрины с сырами.

- Простите, - прижимаюсь я к груди Алекса. И одной рукой закрываю рот, а другую машинально прижимаю к животу, сомневаясь, не токсикозом ли меня внезапно накрыло. Честно говоря, мне даже хочется, чтобы меня вырвало. Испачкаю его дорогую рубашку за то, что он меня сюда притащил и возрадуюсь.

Но его запах действует на меня с точностью наоборот: тошнота, как назло, проходит.

- Тебе плохо? - к тому времени, как мне полегчало, Алекс успел переполошиться так, что готов на руках нести меня на свежий воздух, хотя в магазине и так не жарко.

- Этот запах, - фыркаю я и морщусь так, словно он исходит от Полины, насквозь пропитанной роскошью и уверенностью в себе.

- Сыр! - восклицают они одновременно.

- Пойдёмте, пойдёмте, - торопится впереди нас эта хищница в другую сторону зала. - У нас здесь есть чудесные столики у окна. Прохладно, чудный вид. И можно выпить чашечку кофе со свежей выпечкой. Или продегустировать вино.

Мне кажется, что последние слова она обращает исключительно к Алексу, но она поворачивается ко мне, когда тот с сомнением, но всё же бережно пристраивает меня на сиденье. Подозреваю, что его колени для моей голой жопки кажутся ему более подходящим местом, чем уютное креслице.

- Может, глоток вина? - в голосе Полины даже забота, а во взгляде беспокойство. - Исключительно как источник железа для повышения гемоглобина. Как мать трёхлетнего сына, я ещё ничего не забыла, - тепло улыбается она, - особенно, что такое тошнота и анемия.