Гладиатор. Возвращение

- Вик, я ничего не понимаю. Ты же хотела в кафе. Или встретиться с друзьями.

- Знаешь, Алекс, мне кажется, я имела в виду нечто другое, чем сидеть за одним столиком с твоей бывшей и делать вид, что мне глубоко всё равно как, сколько и где ты её драл, и представлять, как она визжала, оседлав тебя на больничной койке.

- О господи, Вика, - он опять привычным жестом откидывает прядь волос, которая все время падала ему на лоб, но которой теперь нет.

Волос нет, а жест остался. Наверно, физической возможности у него в больнице тоже не было, но если бы была? И как эта привычка убирать со лба волосы, его привычка волочиться за каждой юбкой ведь тоже с моим появлением могла и не пропасть. И это липкое ощущение, что между ним и этой Полиной - нечто большее, чем его благодарность, не даёт покоя. Очень беспокоят и размеры этой признательности. На сколько они могут оказаться безграничны?

- Помнится, последний раз общение с твоими подружками нам обоим не пошло на пользу, - криво улыбаюсь я.

- Так давай не будем повторять прошлых ошибок. Тем более, она мне не бывшая. И будет просто свинством с моей стороны не принять её приглашение. Я же не бешусь от того, что ты общаешься со Славой.

Он получает не ответ, а мой убийственный взгляд, пиратский, с прищуром на один глаз.

- Ну ладно, ладно, бешусь, - примиряюще поднимает он руки. - Даже несмотря на то, что у него жена и ребёнок. И даже несмотря на то, что знаю точно: у вас ничего не было, я тоже представляю его упругие ягодицы между твоими раздвинутыми ногами. Прости. Я знаю: у меня буйно помешанная фантазия, и меня, наверно, слишком сильно стукнули по голове. Но всё же я держусь, смирился, и не запрещаю вам видеться. И давай больше не поднимать эту тему.

- Давай лучше встанем где-нибудь в тихом местечке, - смотрю на него намекающе. - А то от твоих буйных фантазий что-то у меня такой зверский аппетит проснулся. И машину как бы надо обновить. Как ты считаешь?

Какое счастье, что ему не нужно намекать дважды. И, честное слово, я не виновата. Это всё явно мои бушующие гормоны.

Нас принимает пустующая парковка у строящегося здания. И пока Алекс открывает дверь, выходит, осматривает, любуясь, машину, я уже перелезаю на заднее сиденье и, как в старые добрые времена, когда я ходила ради него только в платьицах и чулочках, снимаю трусики.

И даже вешаю их на зеркало заднего вида, чтобы не потерять, пока Алекс одновременно расстёгивает ширинку и, уже задрав платье, целует меня в попку.

- Какой шикарный вид! Милые холмики, уютная пещерка, - покусывает он то одну, то другую голую ягодицу. И, если бы мы ни были в машине, я так и осталась бы стоять, млея от его забавных, хоть и пошловатых словечек, которыми он сопровождает сие эротическое действо. Но в машине слишком мало для этого места.