Гладиатор. Возвращение

Вот так, наверно, и рождаются байки про беременных женщин, - шучу, чтобы разрядить обстановку. - Оставайтесь, отмечайте, вечер только начался. Вы заслужили этот праздник. А мне деваться некуда, надо ехать.

- Мы отдельной машинкой, правильно? - шёпотом с совершенно непроницаемым лицом спрашивает Седой.

- Как всегда, - киваю я и иду на улицу к своей машине через чёрный ход.

- Алекс, - уже у самой двери хватает меня за руку заплаканная Полина. - Алекс, прости меня, пожалуйста! Мне нельзя было оставлять её одну в этой коробке. Я так виновата. Её похитили? Я правда хотела просто праздник. Просто пошутить.

- Ха. Ха Ха, - зло открываю дверь. - Шутка удалась. Нет, она поехала сама. Пока не пойму, что они там задумали, но точно сегодня кого-нибудь пришибу. Виновного или первого, кто попадётся под горячую руку. Всё равно. Но тебе лучше оставаться со всеми.

Дверь хлопает за моей спиной. Отдать должное Полкану: к веб-камерам подключиться удаётся быстро. Их даже две.

И пока закрепляю смартфон на приборной панели, вижу, зачем позвали Вику - на роль живца. И бант ещё этот завязали. И Надежда выглядит настолько безумной, когда предъявляет «подарок» Гремлину, что тот, кажется, чуть не обсыкается со страху.

Я видел, как Вика сама заклеила себе рот скотчем, хоть и скрипел зубами от ярости. И всё равно проезжаю на красный свет светофора и матерюсь всё то время, пока Полкан её отвязывает, уже после того, как Надежда уводит испуганного, ошалевшего Гремлина для разговора.

- Ты вообще в своём уме? - орёт он. Даже искажённый эхом спортивного зала, голос Гремлина дрожит. И в том, что Надежда полоумная, я с ним полностью согласен. - Притащить её сюда? Беременную жену Берга?

- А разве не такой был уговор? - в отличие от трусливого Павлика, Наденька - сама стальная рельса, холодная и прямая. - И Бергу она больше не жена. Он с ней развёлся.

- Это не важно. Он же меня в порошок сотрёт! - визжит тот, как поросёнок. «Раздавлю, разотру и развею, можешь даже не сомневаться». - Развяжи её немедленно! И отпусти. И что это с вами за мужик?

- Человек надёжный, не бойся.

- Я не боюсь, - судя по топоту и гремящему железу, мечется он по залу, спотыкаясь о гантели. И на самом деле боится, ещё как боится. - Просто не хочу больше в этом участвовать. Отца посадили с конфискацией, клуб закрыли, бабки на нуле. У меня и так забот полон рот, ещё ты на мою голову.

- Так я, считай, твоё спасение, хоть это - всего лишь часть сделки. Ты просил девчонку и «Айсберг». Так вот тебе девчонка, а клуб теперь принадлежит ей. Развлекайся... или женись... И хоть ты своё обещание не выполнил, я по долгам плачу.

Прямо чувствую эти осторожные паузы, когда Наденька подбирает слова. На язык просится из её любимого лексикона что-то вроде: «женись и трахай эту шлюшку, сколько хочешь».