Гладиатор. Возвращение

Для спортсменов: они берут на себя ответственность за похищение, но понятия не имеют, когда оно состоится. И только Славка, я и Седой знаем, что всё случится в ближайшие часы.

И да, меня нет даже в городе. Моих людей весь день онлайн транслируют новости. К нам никаких претензий - мы не участвуем в этой краже человека из больницы. Плюс в суде округа сегодня слушается дело по поводу закрытия первого «Айсберга» - нам совершенно не до Демьянова.

Что касается суда. И можно было уже попробовать заплатить, чтобы эта чёртова комиссия посчитала клуб соответствующим всем нормам технической безопасности, но с дачей взятки сейчас легко можно влететь на ещё большие неприятности. Поэтому мы пошли другим путём. Привлекли волонтёрский корпус, пригласили журналистов, и то уточнение к договору, что парк принадлежит муниципалитету, но его содержание ложится на плечи «Айсберга», теперь играет нам на руку.

Я не знаю, за что переживаю сильнее: за Ефремыча или за суд, но мою беременную девочку больше не заслонит ни одна тучка, особенно на моём лице.

- Эй, поросёночек мой, не дуйся, - трясу её равнодушную вялую руку. - Мы едем туда, где я родился и вырос.

- В твой город? - оживляется она.

- Да, познакомлю тебя со своим прошлым. Раз уж оно так неожиданно ворвалось в нашу жизнь. Может, после этого мы будем смелее смотреть в будущее?

- Скажи лучше, будущее, а если эту аудиозапись разговора Надежды и Гремлина предъявить в суде, его посадят?

- Сомневаюсь, - пожимаю я плечами. - Да и за что? Демьянов жив. Всё что с ним произошло - всего лишь проблемы со здоровьем и ничего криминального.

- Значит, она бесполезна? - расстроенно вздыхает она.

- Ничего не бывает бесполезно. Скушай лучше яблочко и не думай про плохих дядей и тётей, которые играют в плохие игры и тебя расстраивают.

- Берг, - рычит она. - Прекрати разговаривать со мной, как с маленькой девочкой. Я беременная, а не слабоумная. Даже не больная. И я хочу быть в курсе всего, что происходит. А ещё лучше - в центре. И помогать тебе, чем смогу.

Ну, вот что с ней поделаешь? Может, и правда, отвлечь её «Идиллией»? Там тихо, спокойно, много красивого кружевного белья. Я бы и сам там поселился, в том белье. Но главное - эта «Идиллия» никому не нужна, а значит безопасна.

- Ты мне очень поможешь, если не будешь ни во что ввязываться, - не сдерживаю вздоха. - Но я тут подумал...

- Да хватит уже молчать! - не выдерживает моя нетерпеливая паузы даже в пару секунд. - Говори!

- Я думаю, можно уже начинать делать твой интернет-магазин.

- Серьёзно?! - подскакивает она.

О, как я люблю, когда у неё так горят глаза. И ведь хотел затянуть, отложить, свести на «нет» эти бесполезные телодвижения с «Идиллией». Создать видимость бурной деятельности и под шумок избавиться от этого белья совсем, продать, сбыть с рук и забыть. Навсегда.