Гипотеза любви

— Ты хочешь сказать, что аспирантов некорректно обучают статистике?"

"Оливия коротко рассмеялась и почему-то вспыхнула, хотя их окружала темная вечерняя прохлада. У нее начало щипать глаза.

— Может быть. Но кроме того… Думаю, я вела себя некорректно. И я больше так не хочу.

Он сделал маленький шаг вперед, чуть сократив расстояние между ними. Он не вторгался в ее личное пространство, но все же оказался так близко, что она почувствовала его тепло.

— Оливия, что с тобой?

— Со мной столько всего случилось до нашего знакомства, и, кажется, меня это в каком-то смысле сломало. Я постоянно жила в страхе одиночества, и… я тебе потом расскажу, если захочешь. Но сначала мне нужно самой разобраться, почему я считала, что прятаться за стеной лжи лучше, чем признать хотя бы крупицу правды. И все же я думаю…

Она сделала глубокий прерывистый вздох. По ее щеке скатилась слеза, одна-единственная слеза. Увидев это, Адам одними губами произнес ее имя.

— Думаю, где-то в процессе я забыла о своей значимости. Я забыла себя.

И теперь она подошла ближе. Она положила ладонь на кромку его рубашки, слегка потянув и сжав ее, она начала к нему прикасаться, плача и улыбаясь одновременно.

— Адам, я хочу сказать тебе две вещи.

— Что я могу…

— Прошу. Просто дай мне сказать.

Все это у нее не очень получалось. Она просто стояла рядом с ним, а глаза ее все больше и больше наполнялись слезами. Адама явно беспокоило, что он никак не может помочь. Его опущенные руки сжимались в кулаки, и Оливия любила его за это еще сильнее. За то, что он смотрел на нее так, словно она была началом и концом каждой его мысли.

— Первая: я солгала тебе. И моя ложь была не просто умолчанием.

— Оливия…

— Это была настоящая ложь. Плохая. Глупая. Я позволила тебе… нет, я заставила тебя думать, будто у меня есть чувства к другому, тогда как на самом деле их не было. Никогда.

Его ладонь поднялась к ее щеке.

— Что ты…

— Но это не очень важно.

— Оливия. — Он притянул ее ближе, прижался губами к ее лбу. — Это не имеет значения. О чем бы ты ни плакала, я все исправлю. Я сделаю, как надо. Я…

— Адам, — прервала она, улыбнувшись сквозь слезы. — Это не важно, потому что есть вторая, главная вещь.

Теперь они были так близко. Она чувствовала его запах, его тепло, его руки, которые скользили по ее лицу, вытирая слезы.

— Милая, — тихо сказал он, — что это за вторая вещь?

Она все еще плакала, но была счастлива как никогда. И наконец сказала — вероятно, с ужаснейшим произношением:

— Ik hou van jou, Адам.

Эпилог

Результаты: тщательный анализ собранных данных с учетом потенциальных искажений, статистических погрешностей и предвзятости экспериментатора показывает, что, когда я влюбляюсь… на самом деле все оказывается не так уж плохо.