Гинеколог. История художницы

Кутала все это в махровые полотенца и таскала на стройку, где он проходил практику. И что ты думаешь – через полгода мы уже ждали первенца, хотя еще жили в общежитии в разных комнатах, а через пять лет вас уже было трое.

Мама задумалась, а затем резко вскочила, свернула журнал в подзорную трубу и ловко убила муху. Постояла, прислушиваясь, а потом тяжело опустилась на место и погладила свои пухлые колени:

– Я тебе так скажу. Мужчине нужно сразу же рожать. Нечего там раскачиваться, планировать и просчитывать гороскоп. У них же ума – с чайную ложку, чуть зазевалась – и был таков.

Она еще немного помолчала, включила громче телевизор – там как раз начался криминальный сериал – и шепнула:

– Слушай, я недавно такое прочитала, даже не знаю – верить или нет. Короче, если хочешь мальчика, нужно лечь головой на север, а под подушку положить игрушечный пистолет.

В их доме любили покушать и ели исключительно ложками. И первое, и второе, и торт «Поцелуй негра». Как говорил Иван Петрович: «По-простому». Все строго с хлебом, даже макароны и арбуз. Когда во время обеда Люська заедалась, отец необидно ее подначивал:

– Ты только посмотри, как ты ешь? И кто тебя замуж возьмет? У тебя же вокруг рта как у курицы жопа.

А потом просил добавку и литровую чашку чая.

Рая фактически жила на кухне. Готовила помногу и с любовью. То зразы из квашенной капусты, то сырнички, то оладьи на кислом молоке с ощутимой ложкой соды. Всегда на плите кипело жидкое: капустняк, крапивные и щавелевые борщи и супы с манными клецками. Она знала сто блюд из картофеля: толченка, деруны и даже ленивые вареники. Отваривала картофель, добавляла яйцо, соль, перец, муку и формировала колбаску. Потом резала на ломтики и бросала в подсоленную воду. Подавала со сметаной и комментировала:

– Учись, Люська. Ты должна уметь готовить из ничего. Как говорится, «из говна конфетку». Мужика прежде всего нужно накормить.

И Люська училась. По-маминому заворачивала кастрюли супов с огромными, с кулачище, галушками в газетку, затем кутала в старую шерстяную кофту и прятала в подушки. Бутылки из-под кефира мыла с ломтиками картошки, а банки для консервации – листьями тыквы. Прятала в бидон с молоком лист хрена, чтобы не прокисло, и заливала мясо простоквашей. Так оно сохранялось до пяти дней.

У Раи никогда не было собственного мнения. Каждый, кто авторитетно или очень эмоционально высказывал свою точку зрения, оказывался правым, и она повторяла «это» впоследствии слово в слово, как постулат: «Сказала диктор первого канала, психолог в журнале «Отдохни», дочка вахтерши – а она работает в ЖЭКе – или проводница в поезде дальнего следования».