Любовь гика

Мама перевернула все помещения в фургоне в поисках записки с требованием выкупа от похитителей или прощальной записки от сбежавших из дома близнецов.

– Когда я сама убегала из дома, оставила маме записку в сахарнице, – пробормотала она.

Папа ходил за ней по пятам, что-то бубнил о «торговце подержанными лошадьми», и только потом до него дошло, что мама ведет себя странно. Она обернулась к нему с пылающим лицом и крепко сжатыми кулаками:

– Помоги мне найти их!

– Какого черта… – Папа схватил ее за запястье, повернул руку и принялся считать следы от инъекций.

Я видела, что они оба разъярены.

– Папа, близняшки пропали!

– Ох ты, черт, матерь божья! – взревел он и бросился к выходу, увлекая за собой маму.

Ветер распахнул дверь во всю ширь и ворвался в фургон. Я вышла на улицу, плотно закрыла за собой дверь и бросилась к фургону Арти. Не стала стучать, просто открыла дверь и проскользнула внутрь. Тишина. Мягкий ковер на полу. Чистая, роскошная комната погружена в сумрак, только желтый круг света настольной лампы освещает бордовую тахту, на которой лежит с книжкой Арти. Он наблюдал, как я закрываю дверь, сражаясь с порывами ветра.

– Ты знаешь, где они?

– Кстати, раз уж ты здесь, намочи полотенца и заткни оконные рамы и щель под дверью. Чтобы пыль не проникла.

Арти снова уткнулся в книгу.

Я намочила полотенца под краном, выжала их и принялась затыкать оконные рамы. Глядя наружу, я видела, как обитатели лагеря разворачивают трейлеры и фургоны передом к набиравшему силу ветру. В других окнах тоже мелькало движение, там затыкали рамы мокрыми тряпками или газетами.

– Может, я схожу за Цыпой?

Арти взглянул на часы:

– Он сам придет через пару минут. До бури успеет.

Я увидела его в окно. Цыпа шел, держась за руку с рыжеволосой девчонкой. Вернее, она шла быстро, а ему приходилось бежать, чтобы не отставать. Они шагали, пригнувшись, преодолевая сопротивление ветра. Длинные волосы девушки развевались, и она придерживала их свободной рукой.

– Ты никогда не задумывалась, почему он не летает? Ведь может же.

Я рывком распахнула дверь.

– Оли, малышка, – произнесла рыжая, – тебя зовет Хрустальная Лил. Цыпа нашел близнецов. Пойдем.

Я смотрела на Цыпу, пыталась понять, нет ли на нем синяков, шрамов, следов от электродов за ушами. Ничего. Глаза горят от восторга, он весь захвачен волнением набирающего силу ветра.

– Пусть он останется со мной! – крикнул Арти с тахты.

Цыпа с готовностью вбежал внутрь, радостный и довольный.

Я шагнула наружу и закрыла за собой дверь. Рыжая схватила меня за руку. Быстрее. Надо поторопиться. Ветер был таким сильным, что я чувствовала себя почти невесомой. Небо будто покрылось ржавчиной. Ветер заглушал голоса людей, их выкрики превращались в бессвязные наборы звуков.

– Где? – крикнула я.