Россия — Советский Союз, 1946–1991 гг.

Подобного прямого обмена скрытыми угрозами и столь резкого разговора между лидерами двух стран прежде никогда не происходило, и в результате эта встреча закончилась безрезультатно.

После провала венских переговоров в августе 1961 г. Политический консультативный комитет ОВД призвал руководство ГДР принять самые жесткие меры против «подрывной деятельности» Западного Берлина. И в середине августа 1961 г., всего за одну ночь, было окончательно завершено давно начатое строительство бетонной стены вдоль границ Западного Берлина. Доступ в западную часть города теперь был разрешен только через контрольно-пропускные пункты, и никаких мер, затрудняющих доступ европейских представителей в Западный Берлин, восточно-германскими и советскими властями не предпринималось.

В конце августа 1961 г. в ответ на возведение Берлинской стены вдоль нее было развернуто около тысячи американских военнослужащих и несколько десятков танков и бронемашин. А в сентябре―октябре американская военная группировка в ФРГ была увеличена на 40 000 человек. В этой ситуации, не желая идти на дальнейшее обострение конфликта, на XXII съезде КПСС Н.С. Хрущев вновь заявил о смягчении позиции СССР по берлинскому вопросу и фактически дезавуировал свой «апрельский ультиматум». Однако американская сторона продолжала нагнетать ситуацию вокруг Берлинской стены, пока не разразился так называемый «инцидент у КПП "Чарли"», который чуть было не привел к военному столкновению советских и американских военнослужащих. Но, к счастью, этого не произошло и советские, и американские танки были отведены от Берлинской стены.

В современной либеральной историографии и публицистике (А. Яковлев, Р. Медведев, Л. Млечин) традиционно пытаются представить возведение Берлинской стены как некий символический рубеж, окончательно разделивший мир на «лагерь цивилизованных демократических стран» во главе со светочем демократии США, и «лагерь тоталитарных социалистических режимов» во главе с «империей зла» СССР.

Хотя, как верно заметили многие специалисты (Н. Павлов, А. Богатуров, В. Аверков), в период Второго Берлинского кризиса все действия, предпринятые советским политическим и военным руководством, происходили исключительно в рамках собственной «зоны влияния» и их нельзя трактовать как агрессию советской стороны. Более того, сооружение Берлинской стены вызвало сдержанное осуждение и на самом Западе, и ни одна из западноевропейских стран не предприняла энергичных мер в связи с этим событием.