Россия — Советский Союз, 1946–1991 гг.

Эйзенхауэром советский лидер добился от американской стороны принципиального согласия на созыв в мае 1960 г. международной конференции в Париже по германскому вопросу. Однако Парижская конференция, едва начавшись, была сразу сорвана, поскольку Н.С. Хрущев в категорической форме потребовал от президента Д. Эйзенхауэра принести ему публичные извинения за то, что американские самолеты-разведчики постоянно нарушают воздушное пространство СССР. Но американский президент, которого поддержал его французский коллега президент Ш. де Голль, невзирая на прямые доказательства вины американской стороны, в том числе только что сбитый над Уралом советскими баллистическими ракетами самолет-шпион U-2, пилотируемый Ф. Пауэрсом, отказалась это сделать, и Н.С. Хрущев покинул Парижскую конференцию. По мнению ряда советологов (М. Татю), этот демарш советского руководителя произошел вопреки его личному желанию, а под сильным давлением членов советской делегации, в том числе министра иностранных дел А.А. Громыко и министра обороны маршала Р.Я. Малиновского.

В апреле 1961 г. Н.С. Хрущев выдвинул новый ультиматум по берлинскому вопросу, объявив, что СССР еще до конца года подпишет мирный договор с ГДР и передаст ей всю полноту власти над восточной частью Берлина. Вскоре он вновь смягчил свою прежнюю позицию и предложил новой администрации США, которую возглавил президент-демократ Джон Кеннеди, вернуться к обсуждению германского вопроса, и в июне 1961 г. в столице Австрии Вене состоялась новая встреча в верхах.

В современной исторической литературе (С. Рогов, А. Фурсенко, М. Татю) принято считать, что на переговорах в Вене Н.С. Хрущев явно недооценил своего американского партнера и, сочтя его слишком молодым и слабым политиком, проявил ненужную полемичность и упустил шанс приблизиться к компромиссу по германской проблеме. В частности, советский лидер снова жестко поставил вопрос о подписании мирного договора с Германией с включением в него статей, запрещающих размещение на всей ее территории ядерного оружия. Американской стороне было заявлено, что СССР считает весь Берлин территорией ГДР и не видит никаких оснований для сохранения особого статуса в западной части города.

В принципе, позиция Москвы во всем, что не касалось статуса Западного Берлина, вполне отвечала новым настроениям в американском руководстве. Но сам тон Н.С. Хрущева показался американской стороне явно вызывающим, поскольку советский лидер угрожал отказаться гарантировать права западных держав в Западном Берлине. В этой ситуации Дж. Кеннеди тоже решил проявить твердость и заявил, что при необходимости США будут силой оружия защищать свои интересы в Западном Берлине.