Гезат

Так и пугали друг друга, пока передний не отклонился слишком резко от моей сабли и не свалился с лестницы. Грохнулся он с таким шумом, будто железный ящик, заполненный наполовину металлическими деталями. Судя по ругани и стонам, которые зазвучали снизу, упал неудачно, скорее всего, что-то сломал. Остальные тут же поумнели и начали опускаться задом наперед, а потом пошли к угловой башне, из которой выбегали другие защитники города, вытесненные моими подчиненными.

В это время ко мне подоспела помощь. Заняв обе угловые башни на восточной стене и оставив там по отряду защищать их, остальные, согласно моей вчерашней инструкции, собрались возле меня. Мы подключились к штурму не для того, чтобы получить по фалере за отвагу. Наша задача — награбить побольше до того, как ворвутся римляне. Нам теперь никто не мешал спуститься по деревянной лестнице в город, что мы и сделали.

Улицы шириной метра три с половиной были каменные. Не вымощенные плитами, а очищенные от верхнего слоя земли и более-менее выровненные. Одноэтажные каменные дома с плоскими крышами тоже каменные, и огорожены заборами, сложенными из камней. Жители, женщины и детвора, завидев нас, прятались во дворах, Мужчины в это время погибали на крепостных стенах от пилумов и гладиусов римлян. Судя по крикам и звону оружия, легионеры уже ворвались в город с южной стороны.

Мы выбрали улицу неподалеку от центра города. Мой отряд разбился на десятки и занял по дому. Мне, Гленну и Бойду достался один дом на троих, с виду самый богатый на этой улице. К тому же, деревянные ворота недавно были покрашены в коричневато-красный цвет, а стены дома подновлены саманом. Такое мог сделать только рачительный хозяин, имеющий лишние деньги, рабочие руки и время. Во дворе слева под навесом стояли на привязи у деревянных яслей, приделанных к стене сарая, верховая лошадь и два мула, а справа в загоне — отара баранов в двадцать шесть голов. В сарае лежали тюки с овечьей шерстью. Для одной семьи, даже очень большой, такого запаса было многовато. То ли владелец дома был купцом, то ли владельцем мастерской по изготовлению шерстяных тканей. В пристройке к дому, которая была рядом с отхожим местом и кошарой, жили рабы — две крепкие девицы лет двадцати и заморыш лет пятнадцати. Не знаю, по жизни он такой или девицы заездили. Скорее, последнее, потому что смотрел на меня с перекошенным от страха лицом и тряс головой, как эпилептик."

"Дом был прямоугольный, разделенный на три комнаты каменными перегородками, которые начинались у дальней длинной стены и не доходили метра полтора до ближней, вдоль которой был сквозной проход. В средней комнате находился очаг купольного типа. В нем еще тлели угольки, и помещение было наполнено ароматом свежеиспеченных лепешек.