Герцогиня-дурнушка

Я просто никогда не отдавал себе отчета в том, что чувствую, когда смотрю на тебя. Мне пришлось чертовски нелегко в тот год, когда тебе исполнилось шестнадцать и когда ты вдруг начала носить по вечерам платья с глубоким вырезом.

– Должно быть, ты шутишь!

Губы Джеймса изогнулись в хищной улыбке.

– За едой я скрывал возбуждение, прикрываясь салфеткой. Скрывал долгие месяцы.

– Я понятия не имела… – пробормотала Тео, замешкавшись на секунду от удивления, и этого оказалось вполне достаточно для Джеймса, чтобы заключить ее в объятия.

А ей сейчас казалось, что у них это происходит впервые. Ведь ночью, в темноте, они почти ничего не говорили друг другу. К тому же Тео была слишком смущена и напугана, поэтому не могла найти слов, которые не показались бы глупыми. А вот сейчас…

Обвивая руками шею мужа, Тео спросила:

– Ты и в самом деле испытывал ко мне желание? Прямо за столом, перед всеми?…

– Разве могло быть иначе? – Его руки скользнули к ее бедрам, и он крепко прижал ее к себе. – Господи, Дейзи, ты обычно сидела напротив меня, и твои груди выпирали из платья, словно приглашали их потрогать. Однажды ты пролила стакан воды себе на лиф… Помнишь?

Тео отрицательно покачала головой. Дыхание ее стало прерывистым, и мысли путались в голове.

Тео упала на него, но он тут же перевернулся. А в следующую секунду его губы прижались к ее груди, и волны удовольствия прокатились по всему ее телу.

Откинув голову, Тео выгнула спину, наслаждаясь ласками Джеймса. Сейчас она была абсолютно уверена, что в его глазах и под его ладонями грудь ее была самой совершенной формы, самого совершенного размера. Стон вырвался из его горла, и он переместился ко второй ее груди, оказав ей такое же благоговейное внимание, граничившее с безумием.

– Ох! – услышала Тео собственный голос. – О, Джеймс, ох!..

И он с наслаждением слушал ее сладостные крики, казавшиеся ему даром небес и отпущением грехов. Она любила его. Она его простила. Она получала удовольствие. В первый раз с момента их венчания у него полегчало на сердце от искренней радости.

– Чего ты хочешь, Дейзи? – спросил он. – Скажи мне, чего бы тебе хотелось?

– Даже не знаю, – ответила она прерывающимся голосом. – Но, Джеймс…

– Да, слушаю… – Качнув бедрами, он подался вперед, и у него перехватило дыхание. Джеймс замер на мгновение, а потом, чуть приподнявшись, снова прижался к жене. И все это время пальцы его играли то с одной ее грудью, то с другой.

Тео же содрогалась всем телом, глаза ее затуманились от желания, а изящные стройные ноги раскинулись в стороны. Джеймс мог бы держать пари на все свое состояние: те пустоголовые мисс, которым Тео так завидовала, никогда бы не выглядели в постели столь восхитительно, как она сейчас. Не смогли бы.