Герцогиня-дурнушка

– Больше не насмехайся надо мной, – тихо сказала Тео, уткнувшись лицом в грудь мужа и закрывая глаза. – Я хорошо усвоила урок.

– Урок?… – переспросил он, несколько озадаченный.

– Тебе не грозит опасность поддаться похоти, – с невольным вздохом пояснила Тео.

Джеймс опустил ее на постель.

– Но ты ведь сама этого хотела.

Она повернулась, слезла с кровати и легонько шлепнула мужа ладонью по руке.

– Это не важно. Ты мне нужен, чтобы привести в порядок постель. Я не могу спать на измятых простынях. К тому же верхней простыни тут вообще нет.

Джеймс посмотрел на нее с удивлением.

– Нам нужно перестелить постель, – деловито объясняла Тео. – Я бы позвонила служанке, но ты ведь отпустил их всех…

– Правильно. А сейчас… Прошу извинить, но мне необходимо срочно кое-что сделать.

Тео опустила взгляд и увидела, что муж обхватил пальцами свое естество – словно сильно страдал от боли. Протиснувшись мимо нее, он прошмыгнул в ванную, не сказав больше ни слова. Что было не очень-то вежливо.

Тео представления не имела, как стелить постель, но она была уверена, что вполне способна это сделать. Стянув с кровати все, что на ней оставалось, она постелила нижнюю простыню так, чтобы та свисала с каждой стороны на одинаковое расстояние. Хотя, конечно, это было трудно сделать без соответствующих замеров.

Затем Тео подоткнула простыню под матрас в изголовье кровати и замерла на несколько секунд, услышав, как в ванну снова набирается вода. Но это ее не слишком обеспокоило. Чуть помедлив, она обошла кровать и постаралась подоткнуть простыню с другой стороны точно так же, как с первой.

В этот момент дверь ванной открылась.

– О, прекрасно, – сказала Тео, взглянув на мужа через плечо. Орудие Джеймса было опущено – как, по ее мнению, и полагалось. Мысленно пожав плечами, она спросила: – Может, поможешь? Это ужасно трудно делать в одиночку. Не представляю, как горничным удается… – Она перешла к изножью кровати и снова наклонилась, стараясь расправить простыню так, чтобы не оставалось морщинок.

Послышался какой-то странный звук, похожий на глухой стон. Тео снова посмотрела на Джеймса, но он уже послушно направлялся к ней. Причем его орудие опять вздымалось вверх. Значит, он говорил правду. Выходит, это – его обычное состояние.

Тео продолжала думать об этом все время, пока они застилали кровать. И время от времени она украдкой бросала взгляд на Джеймса. Ее ужасно смущало то обстоятельство, что на ней был всего лишь один пеньюар – ни панталон, ни сорочки. Но казалось, что Джеймса это ничуть не волновало.

Когда постель была застелена, Тео забралась в нее прямо в пеньюаре – ей ужасно не хотелось снова раздеваться перед Джеймсом, стоявшим возле кровати с какой-то странной улыбкой.

– Хочешь поесть? – спросил он.