Возлюбленная герцога

И даже если бы их не запятнало прошлое, мы бы их не взяли.

– Отлично, потому что они предназначены не вам.

– Нет. Парням, которых ты убил.

Эван заставил себя сидеть спокойно. Он послал эти деньги в Трущобы доктору, узнав, что тот спас двух парней, пострадавших во время взрыва в доках – последнего акта насилия, предназначенного его братьям. Он послал их через три уровня агентов, заметая следы. Не хотел привлекать внимания. И уж точно не хотел этого разговора.

Похоже, трех уровней оказалось недостаточно.

– Вы не должны были узнать, – сказал он.

– Мы знаем все, что происходит на нашей территории, – отрезал Дьявол.

– Чего вы хотите – чтобы я извинился за желание помочь?

Дьявол снова засмеялся – глухим, безрадостным смехом, переводя взгляд с Эвана на Уита, стоявшего позади.

– Ты это слышал? – Он снова посмотрел на Эвана. – В течение двух лет этот ублюдок поднимает на воздух весь Гарден, охотится на наших людей, убивает пятерых и калечит еще полдюжины, и думает, что нескольких сотен фунтов стерлингов достаточно, чтобы обо всем забыть?

Он закрыл глаза, но цифра злобно сверлила его мозг. Он так отчаянно хотел найти ее, а затем так же отчаянно отомстить за нее. Но это не имеет значения. Это жизни. Просто отнятые. Он не нажимал на спусковой крючок, но нанял людей, которые это сделали, и ничуть не волновался, потому что вел большую игру – пытался уничтожить братьев.

Он желал их смерти, многие годы не думал ни о чем, кроме их уничтожения. Обезумев от ярости, горя и желания отомстить, пожиравших его изнутри.

Они сказали ему, что Грейс покинула этот мир, и его безо всяких сожалений закрутило в спираль и унесло прочь от понятий «нравственность» и «этика».

И с этим открытием пришло еще одно – возвращение его человечности.

Так что да, он послал деньги и попросил разделить их между теми, кому навредил. Он вырос в нищете Гардена и до сих пор это помнил. Вонь лавок, торгующих потрохами, собаки, дерущиеся за объедки, и поножовщина в темноте. Голодные желудки и пустые глаза. Беззвучные слезы матери в те минуты тишины, когда мужчины уходили, а небо на рассвете розовело.

Смерть ребенка, или мужа, или друга – все это может погубить будущее. А эти ублюдки решили не отдавать деньги пострадавшим? Зачем – чтобы наказать его? Гордости ради?

Его захлестнуло ярость.

– Что, по-вашему, вы делаете? Такие деньги могут изменить жизнь! – воскликнул он, уставившись сначала на Девона, потом на Уита. – На них можно купить еду, крышу над головой, дать детям образование. Жизнь. Гребаное будущее! Подумайте только, кем мы могли бы стать, окажись у нас несколько сотен фунтов!

– Врешь! Несколько сотен фунтов не сделали бы тебя герцогом! – насмешливо скривился Дьявол, и Эвану захотелось разорвать его пополам.